— Полезли, — не споря, согласился Башлыков, поднимаясь по лесенке на крыло следом за Густовым. — Хотя, что там нового? Авионику на первых машинах сразу сделали первоклассную. По два монитора у тебя и оператора, стандарт. Телевизионная связь с пунктами управления на земле через аппаратуру засекречивания. Вот тумблеров и клавишей, в сравнении с другими самолётами, стало минимально. А прицелы-то у вас для авиапушки стоят какие! Коллиматорные, универсальные индикатор-прицелы. Ух, пали, не жалей! Между снарядами в пушечной очереди всего по полметра. Можно и бомбить, и бить врага ракетами. Правда, что касается РЭБ, комплекса радиоэлектронной борьбы, аппаратуру серьёзно обновили, не стоим на месте, атакующие ракеты стопроцентно уводит в сторону, чётко, как «Отче наш». Но лучше не рискуй, манёвр вовремя никого не подводил. Как учил лётчиков-истребителей легендарный Покрышкин: высота — скорость — манёвр — огонь! И вот ещё, сильно нравятся мне эти маленькие штучки! — Профессор перевесился через правый борт кабины, но немного не дотянулся и помахал рукой в сторону ярко флуоресцирующих рычажков.
— Тензоруды, что ли? Их два, задают тягу двигателям, — вытянувшись над профессорской спиной и приглядевшись к глубине кабины у левого борта, сказал Борис.
— Ага. Тензометрические рукояти управления двигателями, почти такие же, как у многоцелевого «Терминатора» Су-37. Наверное, и в развитии тензорудов появились и всякие усовершенствования, и отличия. На этой машине рукоятки тоже неподвижны, и тяга двигателей зависит от силы нажатия на тензоруды ладонью в перчатке или хотя бы пальцем. Или количеств лёгких нажатий, если ты ослабел, ранен, и не в состоянии давнуть с силой. Эти маленькие штуковины обладают памятью и запоминают положение задания на тягу, в котором должны оставаться до следующего нажатия, в свою очередь изменяющего тягу двигателей. Уравнивает двигатели по тяге, если тебе надо, уже автоматика, человек не столь точен. Разница между движками в тяге всего в тонну развернёт аппарат в ту или иную сторону, но пилоту такую небольшую разницу по приборам с десятитонной ценой деления отловить не просто. Тензоруды освобождают твою левую руку от непрерывного удержания РУД, рычагов управления двигателем. Освобождают руку для работы с клавиатурой, управляющей полётом. Твоя правая рука в бою на истребительной ручке управления и занята управлением машиной, ведением огня и много ещё чем. Любуюсь!
— Так на МиГе и было, не вижу, чтобы тензоруды изменились. Разве что поменяли их цвет, были чёрные, стали заметнее, ярче. Они, как и были, Г-образные, вместе напоминают букву Т, сложенную из двух симметричных половинок. Но в высокоманёвренном бою я предпочёл бы пользоваться РУДами, потому что наощупь сразу ясно, в каких они находятся положениях, что с тягой двигателей, не надо отрываться, чтоб уследить за индикацией.
— Да, на вкус и цвет… Хорошо, погляди здесь, что положено, время нам и спускаться.
Осматривая вдвоём МиГ, Борис и Башлыков остановились у главной ноги шасси.
— Колёса как колёса, — полушутя ворчал, размышляя, Башлыков, найдя маркировку, царапая ногтем, постукивая пальцем и ощупывая их поверхности непонятно зачем, — а вот то, что покрышки поставили сталепружинные, а не из резинопласта, оно и хорошо, и не очень. Наш, русский изобретатель, придумал такие сверхпрочные, когда англо-французский сверхзвуковой «Конкорд» сгорел при посадке вместе с пассажирами после разрушения покрышки из высокопрочной резины. На чём сэкономили, на том они и получили…
Твой отец добился выпуска опытной партии сталепружинных покрышек нужного типоразмера, да всю её и забрал для своих МиГов.
Вот что тебе скажу ещё, Борис: не знаю, как в той стране, куда ты прилетишь, насчёт автобанов с высокой несущей способностью дорожной поверхности, это вряд ли, а стучать сталепружинными колёсами тебе придётся по какой-нибудь именно дороге. По азиатскому шоссе. В глухой-преглухой местности, подальше от ВПП любых аэродромов и аэропортов, радаров и диспетчеров. Для них ты уйдёшь в складки местности, выполняя боевой манёвр. Приложишься о дорогу, и КЗА, контрольно-записывающая аппаратура МиГа начнёт отсчёт необходимых суток. Будь внимателен, осторожен, не торопись. Спеши медленно. Выбери с воздуха твёрдую, как камень, дорогу. Не попади на щебень, на посадочной скорости около трёхсот шестидесяти километров в час он будет долбить по машине страшнее артиллерийской шрапнели. И при взлёте после контакта с землёй, с учётом атмосферного давления, в зависимости от высоты местности над уровнем моря, особенно, если это приличное высокогорье, плюсом к форсажу добавь наддув окислителем, но недолго, не переборщи, не запори движки, чтоб там дуриком не остаться!
— Есть, товарищ полковник!
— В отставке. Но довольно крупный полковник, а не мелкий майор, как ты, хоть ты и длиннее меня…
— Сорока на хвосте принесла, что в России мне присвоили звание подполковника, к вам ближе. Всё же академию окончил перед заграницей. А попасть сюда ещё отец успел помочь.
