Статья 22 приводит текст её первого письма англичанам. Прослушав эти «простые слова на её материнском языке», продиктованные ею два года тому назад, она сказала:
– Если бы англичане поверили моим письмам, они поступили бы как умные люди…
И опять повторила:
– Семи лет не пройдёт, как они убедятся в том, о чём я им писала.
Судьи чувствовали себя уже настолько сильнее её, что и на этот раз не побоялись занести её слова в протокол.
Статья 23: «Из текста этих писем вытекает, что вышеназванная Жанна стала игрушкой злых духов и многократно спрашивала у них совета о том, что ей делать; или она лживо придумала подобные измышления, чтобы обольщать население».
– Это я отрицаю.
Статья 24: «Она злоупотребляла именами Иисуса и Марии и знаком креста, предупреждая некоторых из своих сторонников, чтобы, находя эти слова и этот знак на её письмах, они делали обратное тому, что она им писала».
«Она ссылается на ответ, который уже об этом дала».
Статья 25: «Приписывая себе то, что является предназначением ангелов, она утверждает, что она была послана Богом также и для насильственных действий и для пролития человеческой крови, что совершенно противно святости, ужасно и отвратительно для благочестивых ушей».
– Я просила сначала, чтобы был установлен мир; а если мира не хотели, я была готова сражаться.
Статьи 26–30: её переписка с графом д’Арманьяком. Вывод: «Она не только поставила под сомнение, кто был истинным папой, тогда как в то время был один папа, единственный и несомненный, но более того… своим словам она отдавала предпочтение перед авторитетом Церкви, утверждая, что даст ответ о том, в какого папу следует верить».
«Она ссылается на то, что уже ответила об этом».
Ввиду объёмистости обвинительного акта продолжение чтения было перенесено на следующий день, 28 марта.
Ночью она молилась об ответе: может ли она попытаться маленькой внешней уступкой спасти свою жизнь? И «святая Екатерина и святая Маргарита сказали мне, как я должна отвечать насчёт одежды».
Наутро, присягнув по своей обычной формуле, она заявила:
– Эту одежду и оружие я носила с разрешения Божия – и мужскую одежду, и оружие. Без разрешения от Господа я этой одежды не сниму, даже если мне за это отрубят голову; но если Господу будет угодно, эта одежда будет тотчас снята. Без разрешения от Господа я не переоденусь в женское платье.
Совершенно очевидно, что мужская одежда для неё – уже не просто техническое средство самозащиты в тюрьме: чем дальше идёт обвинение и чем больше оно концентрируется на этом пункте, тем яснее она понимает, что уступка с её стороны будет истолкована как капитуляция, отречение. И тут – «я лучше умру».
Чтение обвинительного акта возобновилось.
Статья 31 касается «откровений и видений, относительно характера коих она не хотела и не хочет присягнуть; более того, она отказывается объясниться об этом достаточно ясно, словом или знаком… Несколько раз она заявляла… что не сообщит нам свои откровения… что у неё не вырвут знака, который открыл ей Бог и по которому она узнала, что послана Богом».
Она настораживается, как только речь заходит о знаке:
– О том, чтобы открыть знак и другие вещи, о которых говорится в этой статье, я действительно могла сказать, что этого я не открою. В моём заявлении, сделанном раньше, должно значиться, что я этого не открою без разрешения от Господа.
Статья 32: «Из этого вы можете и должны вывести сильнейшее подозрение, что эти откровения и видения, если вышеназванная Жанна имела их когда-либо действительно, исходят скорее от злых и лживых духов, чем от добрых… в особенности принимая во внимание её жестокость, гордость, поведение, действия, ложь» и пр.
– Я это отрицаю. Я действовала по откровению от святых Екатерины и Маргариты, и это я буду утверждать до смерти.
И внесла поправку:
– Там, где написано «Всё, что я сделала, я сделала по повелению Господню», должно стоять: «Всё, что я сделала хорошего».
Хорошо ли или плохо она сделала, осадив Ла Шарите (т. е. проводя операции, которые, по собственным её словам, не были ей повелены свыше и не удались, потому что действительно были навязаны ей со стороны)?
– Если я сделала плохо, это дело для исповеди.
Статья 33: «Она хвасталась и хвастается тем, что знает будущее, знала прошедшее и открывает тайное; то, что присуще Божеству, она приписывает себе самой – простому и невежественному человеческому существу».
– Господь волен давать откровения кому Он хочет… А насчёт меча и будущих вещей, про которые я говорила, – это было по откровению.
Статья 34: «Упорствуя в своём дерзновении и в своей самонадеянности, она заявляла открыто, что узнаёт и различает голоса архангелов, ангелов и святых… и умеет отличать их голоса от голосов человеческих».
– Я придерживаюсь того, что уже говорила об этом. А насчёт дерзновения – я полагаюсь на Господа, моего Судию!
Статья 35: «Она хвасталась, что умеет отличать тех, кого Бог любит больше, и тех, кого Он ненавидит».
