— Горстка людей! Боже мой, да у меня их пятьдесят тысяч, и я никогда не отступлю ни на шаг, пока не займу этого пункта. Трубите сигнал к атаке!
Сигнал был дан, мы ринулись на стены — и крепость стала нашей. Старый д'Олон подумал, что Жанна слишком увлеклась; вероятно, она хотела сказать, что чувствует в своем сердце такую уверенность, как если бы она управляла пятидесятитысячным войском. На первый взгляд это кажется фантастичным, по в сущности вернее и не скажешь.
Потом был случай у Ланьи, где мы по открытому полю четыре раза шли в атаку на окопавшихся бургундцев и в последней атаке одержали победу; главной добычей в этой схватке был Франке из Арраса, известный мародер и разбойник, наводивший ужас на всю округу. Подобные стычки продолжались и впредь, пока, наконец, где-то на исходе мая 1430 года, мы не очутились под Компьеном, и Жанна решила пойти на помощь этому городу, осажденному герцогом Бургундским.
В одной из последних стычек я был ранен и не мог ездить верхом без посторонней помощи; наш добрый Карлик посадил меня на свою лошадь, я держался за его плечи и чувствовал себя в безопасности. Мы выступили в полночь, под теплым дождем, и ехали медленно и осторожно в мертвой тишине-нам надо было незаметно проскользнуть через неприятельские линии. Лишь один раз нас окликнули, но мы не отвечали; затаив дыхание, мы продолжали настойчиво пробираться вперед, не встречая препятствий. В три или в половине четвертого мы достигли Компьена, как раз тогда, когда на востоке занимался тусклый рассвет.
Жанна сразу же взялась за дело; она согласовала с Гийомом де Флави, комендантом города, план совместной ночной вылазки против неприятеля, расположившегося тремя отрядами по ту сторону реки Уазы, на открытой равнине. На нашем берегу одни из городских ворот сообщались с мостом. Противоположный конец моста, на том берегу, прикрывался укреплением, называемым «бульваром»; этот «бульвар» занимал господствующее положение над насыпной дорогой, проходившей прямо перед ним по равнине на деревню Марги; отряд бургундцев занимал эту деревню, а другой их отряд располагался в Клеруа, примерно в двух милях выше насыпной дороги; населенный пункт Венетта, в полутора милях ниже этой дороги, удерживался англичанами. Как видите, расположение противника имело вид лука и стрелы: дорога — стрела, «бульвар» — ее оперение, Марги — на зубце, Венетта — на одном конце лука, Клеруа — на другом. План Жанны состоял в том, чтобы идти прямо по дороге на Марги, овладеть деревней с ходу, потом круто повернуть на Клеруа направо, захватить таким же образом и этот лагерь, затем перегруппировать силы и быть готовой к горячей схватке, потому что за Клеруа стоял резерв герцога Бургундского. Помощник коменданта Флави с лучинками и пушкарями с «бульвара» должен был сдерживать английские войска и прикрывать левый фланг, чтобы они не подошли снизу, не перекрыли дорогу и не отрезали Жанне путь к отступлению в том случае, если бы ей это понадобилось. Кроме того, флотилия крытых лодок должна была стоять неподалеку от «бульвара» в качестве вспомогательного средства на случай вынужденного отхода.
Это было 24 мая. В четыре часа пополудни Жанна выступила во главе отряда в шестьсот всадников в свой последний поход.
У меня сердце разрывается при одном воспоминании о нем. Мне помогли вскарабкаться на стену, и оттуда я видел многое из того, что вскоре произошло; остальное мне рассказали значительно позже два наших рыцаря и другие очевидцы. Жанна переправилась по мосту, пересекла «бульвар» и поскакала по извилистой насыпной дороге, сопровождаемая по пятам своими всадниками. На ней поверх лат была надета блестящая парчовая епанча, и я наблюдал, как она развевается и сверкает, словно языки серебристого пламени.
День был ясный, и равнина хорошо просматривалась далеко-далеко. Вскоре мы увидели англичан, двигавшихся быстро и в образцовом порядке, поблескивая на солнце оружием.
