— Малой, сюда смотри, — девчонка присела на корточки и принялась чертить на песке схему, — пойдем по восточной окраине через третий цех. Внутрь соваться не будем, а обойдем вдоль железки до брошенных контейнеров.
Обломок палочки нарисовал прямую рядом с квадратом, видимо обозначающим тот самый цех. Линия резко вильнула вправо и остановился.
— Здесь будет рабочий вагончик, а сразу за ним ворота ведущие на противоположную сторону.
— Но там бегуны дежурят, с целый десяток, — вспомнил я.
— Поэтому напрямки не пойдем, а свернем вот сюда, где у нас бетонные… бетонные, — девчонка замолчала, а на кукольном личике промелькнула гримаса недовольства.
Изображенные линии исчезали одна за другой, словно невидимый хулиган проводил ладонью по песку, стирая детские рисунки.
— Экономия игровых ресурсов, — прокомментировал я, не без толики удовольствия наблюдая за реакцией напарницы. — Вот поэтому в магазинах и продают бумагу с ручкой.
— Продают, — передразнила меня девчонка. Раздраженная, встала с корточек, и уперев руки в боки, грозно осмотрелась. А она забавно выглядит, в обтягивающем черном камуфляже, перетянутым множеством ремешков, словно героиня, сбежавшая с экранов аниме. И даже катана имелась за спиной. Вернее, не катана, а сабля, предназначенная для ближнего боя с наиболее тупыми врагами, коих на восьмом уровне бродило в превеликом множестве.
— За мной, Малой!
— За мной, это куда?
— Это туда! Я кому только что на песке рисовал, — и снова на лице проявилась недовольная гримаса. — Дойдем до третьего цеха, а там видно будет.
Я обреченно вздохнул, с трудом подавляя желание выругаться. Раскомандовался тут… диснеевская принцесска.
До третьего цеха шли проулками, петляя меж брошенных у обочины машин. Возникало ощущение, что к восьмому уровню фантазия у разработчиков закончилась, и они принялись копировать целые участки игрового ландшафта. Серые коробки промышленных зданий, бетонные заборы, покрытые кудряшками колючей проволоки, покореженные рельсовые ворота, и даже пыльная трава, растущая вдоль дороги — все это выглядело одинаково. Настолько, что я начинал путаться на местности.
В отличии от меня Василий Иванович ориентиров не терял, четко понимая, где мы сейчас находимся и куда двигаться дальше. Фигурка пронырливой девчонки мелькала впереди черной мошкой: то стремительно пересекая дорогу, то подтягиваясь на руках, то ползая на четвереньках, выгибая спину и демонстрируя миру обтянутые тканью ягодицы.
Я понимал, что Василий Иванович не специально, что это долбаная механика игры, тонкие настройки и ловкие пальцы Дианы Ильязовны. Все понимал, только легче от этого не становилось. Гормоны просто охреневали от столь наглой демонстрации сексуальности. Я твердил себе, что это лишь цифровая оболочка — игровой перс, которым управлял один крайне вредный старпер. Понимал и не мог отвести глаз от стройных ног, мелькающих перед глазами. Разум убедить легко, а вот с телом, лишенным радостей секса, дела обстояли сложнее.
Через десять минут плутания по однообразной локации мы вышли к покрытому пылью перекрестку. Бетонный забор, трава, потрескавшийся асфальт, снова забор, остатки сгоревшего автомобиля. Напарница кошкой забралась в кусты, высоко задрав зад. Главное — сама спряталась, а жопа наружу торчит. Мастер стелса, чтоб его…
И хоть бы один завалящийся монстр попался, или на худой конец амеба. Но нет, за три часа игры Василий Иванович досконально изучил маршрут, и теперь вел самым безопасным путем из имеющихся. С одной стороны хорошо, с другой — бесконечно скучно.
— Сейчас перебежим через дорогу, нырнем в проулок, а там и третий цех, — прошептал голосок из кустов. Листья зашевелились и гибкое тело черной тенью мелькнуло в воздухе — Василий Иванович сменил позицию. Одним ловким движением забрался на забор и игнорируя колючки проволочного ежа, принялся осматриваться.
Спустя секунд десять последовал знак «чисто» и я, пригибаясь, побежал напрямки к обочине. На глаза попался остов покореженной легковушки — отличное место для укрытия и контроля за местностью.
До объекта сорок метров — стрекотом цикад пело жаркое виртуальное лето.
Двадцать метров — глухим полязгиванием в ушах отдавал автомат.
Десять метров и…
— Прием, ак …шно?
Внезапно раздавшийся голос, ударил аккордом по натянутым струной нервам. Он возник из ниоткуда, вырвался из пустоты с хрипом и шипением сломанных динамиков. Я рухнул в пыль и заозирался по сторонам, пытаясь выцепить цель. Краем глаза заметил, как расплывчатая тень черной кошкой сиганула с забора в траву — Василий Иванович в очередной раз сменил диспозицию. Снова жопой из кустов будет торчать.
— Ребят, вы …еня …шите?
Не смотря на хрипы в эфире я узнал женский голос. Узнал его и Василий Иванович, поэтому проорал за нас двоих:
— Валькирия, слышим вас хреново.
Возникла короткая пауза, за время которой я успел добраться до сожженной машины. Прислонившись спиной к железному остову, замер, сжав оружие в руках.
— А так слышно?
На сей раз голос Дианы Ильязовны прозвучал на удивление чисто.
