- Батя, уходи! - крикнул Фешка и метнулся к отцу.
Но Северьян, словно матерый волк охотничьих собак, стряхнул с себя напавших и вместе с двумя товарищами побежал к Прямскому всходу. Человек пять низовских бросились их догонять, однако быстро остыли и повернули назад. Уже раздавались свистки городовых. Бойцы и зрители расходились. Только разгоряченные мальчишки еще продолжали сводить счеты. Какой-то верховский пацан, удирая, споткнулся и упал. Его тут же настигли двое подгорных и принялись пинать.
- Лежачего бьют! - возмутился Митя.
- А лупят-то ваши, гимназисты, - заметил Фешка.
Приблизившись, они узнали в одном из напавших Амвросина. Вторым оказался Егорка Саханский, парень не злой, но попавший под влияние Хари.
- Отвали от малого, - Менделеев оттеснил Амвросина в сторону. - А ты, хлопец, чего разлегся? Тикай, пока мы здесь...
Верховcкий не заставил себя долго упрашивать и дал стрекача.
- Против своих вступаешь, Джунгар? - взъелся Захарка. - Погоди, сочтемся...
- Еще грозишь? - рассердился Фешка и, сломив длинную крапивину, стебанул ею Амвросина по шее. После чего Харя и Саханский нырнули в пролом ближнего забора.
- Догоним? - спросил Фешка.
- Домой пора.
- Мне тоже, - согласился Митя.
Толпа на пустыре растаяла. Замешкавшихся поторапливали полицейские:
- Расходитесь, господа. По-прошу!
Верховских уже не было видно. Низовские разбредались, кто в кабак, кто к семье. Купцы приглашали желающих идти вместе с ними в трактиры. Приказчики поздравляли друг друга с победой. Митя попрощался с Фешкой и пошел восвояси.
- Вот он, шалопут, - раздался за его спиной голос догнавшей его Прасковьи. - Куда же ты запропастился, Митенька? Брата не видел? Матушка волнуется...
Митя ответил, что Пашу не встречал. Скорее всего тот у Андрюши Серебрякова старинные монеты обменивает. В сопровождении воинственно настроенной кухарки и добродушно ворчавшего Якова Менделеев-младший пошагал на Большую Болотную.
20. "Освободить Орлика можно..."
В начале ноября заладили нудные дожди со снегом. Потом резко похолодало: градусник за окном менделеевского дома показывал минус десять. Курдюмка замерзла, возле плотины дворники залили каток, но выходить на лед было еще опасно.
Вставили зимние рамы. С дровяного склада привезли два воза двухметровых поленьев. Ларион и Яков разделывали их во дворе. Двуручная пила послушно двигалась в их руках. Им помогал вызванный из Аремзянского Игнат. Колуном он разбивал круглые чурки на разлетавшиеся веером поленья.
Митя и Паша напросились в помощники. Они складывали поленницу. Потом Митя захотел тоже колоть дрова, но лезвие топора у него часто вязло в плотной древесине. У брата тоже. Тогда Ларион или Яков брали у мальчиков топор и ударяли обухом о плаху: неподатливая чурка сдавалась. Да, пилка и колка дров - истинно мужское дело!
В середине месяца потеплело и снова разверзлись хляби небесные. Глинистые дороги, особенно за городом, раскисли. Телеги и экипажи застревали в колдобинах. До дальних деревень добирались только конные.
Наконец грянул стойкий морозец и выпал снежок. Он сыпался целый день и припорошил деревья, крыши домов. Его сметал резвый восточный ветер... Снегу было много, и детвора съезжала со склонов холмов и оврагов, с откосов Панина бугра на санках и лыжах.
Усевшись поудобнее, братья Менделеевы скользили вниз. Когда разносило, тормозили ногами и все же нередко падали. Выбирались из сугроба и опять лезли на кручу... Среди детворы, копошащейся на склоне, Фешки не было видно. И не потому, что от Большой Спасской до Панина бугра далековато... Просто он отсутствовал в городе...Именно в это время Фешка ехал с обозом до Чукманки: отец снова послал его на заимку к Галкину.
В Чукманке сына кузнеца привечает крестный Серафим. В его избе гость отогревается, ест и отсыпается. Снаружи за окном посвистывает ветер. Там холодно, а в доме уютно и пахнет щами. Однако надо собираться в лес... И вот уже Серафим и Фешка идут на лыжах к чукманскому болоту, без хлопот пересекают замерзшую топь и добираются до той самой заимки, где осенью побывал Фешка. Сейчас на лесном хуторе, опоясанном частоколом, остались только Егоровна с детьми, ее свекровь и пара сторожевых собак. Ватаги Тараса Федоровича и след простыл. Фешка поначалу огорчился отсутствию лесовиков, но хозяйка успокоила, мол, за тобой прийдут.
И точно, к обеду приехал конный - молчаливый парень в яге из оленьего меха, назвался Петром и сказал, что будет проводником. Он посадил Фешку на запасную лошадь, и оба подались в путь. Ехали по малоприметной извилистой дороге. Впереди проводник, за ним мальчишка. Один раз Фешка задремал и соскользнул из седла в снег. Петр молча помог ему влезть на коня и ехал затем рядом - там, где позволяла лесная тропа.
