Желание полностью

– Не вечно. – Нури небрежно машет рукой. – Победив Сайруса, мы сможем его освободить. К тому же защищал он свою пару или нет, он здорово напугал людей. Именно по этой причине его и нужно посадить в тюрьму. Он имеет слишком большую силу, и это страшит тех, кто готов пойти на все, лишь бы сохранить собственную власть.

– Как Сайрус.

– Да.

– И как ты, – шепчу я.

Она не пытается этого отрицать.

– Ты видела, что он может сделать. Один взмах руки – и он раздробил все кости в теле своего отца. Одна мысль – и он разрушил целый стадион. Такая сила непостижима… и развращает. Мы уже видели, что произошло с Дэмиеном. Что еще он совершит, если получит такую возможность? Если он действительно войдет в Круг?

Ничего, хочу ответить я. Он не сделает ничего, только будет стараться править так хорошо, как это только возможно. Но она не знает Хадсона, как знаю его я, а расскажи я, она бы мне не поверила. И пусть он спас жизни своим поступком, для нее он всегда будет тем человеком, который виноват в смерти ее сына.

Поэтому вместо того, чтобы указать ей на это, я сосредотачиваюсь на другом недостатке ее плана.

– Мне казалось, что те, кто сопряжен, часто решают отправиться в тюрьму вместе, так ведь?

– Это и есть ключевое слово. «Решают». Те, кто сопряжен, могут решить вместе отправиться в тюрьму. Но они не обязаны этого делать.

– По-моему, особого выбора у них нет. – Я вспоминаю несчастную отчаявшуюся Фейлию.

Она машет рукой.

– Ты сильная женщина, Грейс, сильнее, чем ты когда-либо могла себе представить. Будет ли это тяжело? Да. Но ты можешь это пережить, и, когда ты это сделаешь – когда ты это преодолеешь, – тебя уже никто не сможет сломить, и твоей силе будут завидовать все, кто встретится на твоем пути. Эта девушка, эта женщина – это и есть та, кто сможет спасти нас всех.

– Ценой разрушения души? – спрашиваю я.

– Если это будет необходимо, то да, – отвечает она так спокойно, что у меня стынет кровь в жилах. – Ты помнишь, с чего мы начали этот разговор? С того, что мы готовы на все, лишь бы уберечь тех, кого мы любим. Вот как мы это и делаем.

Я скептически хмыкаю.

– А ты никогда не думала, что в этом и состоит план Сайруса? Посадить Хадсона в тюрьму, чтобы тот единственный человек, который способен его остановить, не получил такой возможности?

Нури опять начинает отмахиваться, но затем останавливается. Щурится. Стучит пальцем по губам, задумчиво глядя в пространство.

И я решаю испытать судьбу.

– Ты хочешь защитить свое королевство от Сайруса? Я согласна, что вместе мы составим грозную силу – и, может быть, мы сможем справиться со всем, что он готов предпринять. Но давай представим себе, что на нашей стороне сражается и Хадсон. Так вот, по-моему, это наш единственный реальный шанс.

Нури все еще смотрит в пространство, целиком погрузившись в свои мысли, но затем опять складывает пальцы домиком, и я понимаю, что привлекла ее внимание.

– Флинт упоминал, что вы с Хадсоном хотели вместе отправиться в тюрьму. Он не сказал почему, а только заметил, что вы хотите, чтобы я помогла вам узнать, как можно выбраться из нее. Вы по-прежнему этого хотите?

Теперь мое сердце бьется так часто и гулко, что мне кажется, что Нури может слышать его. Неужели мы наконец получим ответ, который был так нам нужен? Я киваю.

– Что ж, возможно, в таком случае мы обе сможем получить то, чего хотим, и стать сильнее. – Она замолкает и смотрит на статуэтку дракона, закрывающего крыльями маленького дракончика, своего ребенка. – Я могу с этим согласиться. Если Хадсон окажется в тюрьме, я смогу снискать расположение Сайруса, возможно, даже создам у него впечатление, что Двор драконов опять хочет заключить с ним союз. Но я также помогу вам найти способ освободиться из тюрьмы, чтобы, когда придет время, вы смогли сражаться на нашей стороне.

Я уже подаюсь вперед, ожидая, когда она продолжит. Потому что нам понадобится время для того, чтобы приготовиться к борьбе. Пока никто из нас не готов противостоять Сайрусу, ведь у него была тысяча лет, чтобы подойти к этому моменту.

– До меня доходили слухи о ведьме, которая помогла ему построить эту тюрьму. Ее называют Каргой, она ведет жизнь отшельницы, и никто точно не знает, насколько ясен ее ум. Но, возможно, если ты сумеешь ее разговорить, она расскажет тебе секреты тюрьмы. И поведает, как можно из нее освободиться. Как-то раз она открыла одному из драконов, как это сделать, – но знай, цена была высока.

Впервые после того, как открылись двери того лифта, я чувствую, что в моем сердце затеплилась надежда.

– И что это была за цена?

– Его драконье сердце – что для дракона хуже смерти. Мы не можем принять драконье обличье, не имея драконьего сердца, – отвечает Нури, и я вижу боль в ее глазах. Нам нужно заключить с этой ведьмой сделку получше, иначе в ней не будет смысла. Цена окажется слишком высокой. – Но я должна предупредить тебя, Грейс, что шансы на успех невелики.

Это верно. И все же я говорю: