Когда мы отходим достаточно далеко, я бросаю недоеденную грудинку в ближайшую урну.
– По-моему, я еще никогда столько не ела.
– Должен признать, что я впечатлен, – шутит он. – Не думал, что ты на это способна.
– В том-то и проблема, – подкалываю его я. – Меня все всегда недооценивают.
– Верно, таких людей немало, – соглашается он, говоря куда серьезнее, чем я ожидала. – Но среди них никогда не было меня.
– Что ты имеешь в виду? – лукаво спрашиваю я.
– А то, что я никогда не встречал никого, похожего на тебя, Грейс. Думаю, ты можешь сделать все, что захочешь.
Я не ждала подобного комплимента, особенно от Хадсона, и не знаю, что на него ответить. Но прежде чем я успеваю отреагировать, он продолжает с ухмылкой:
– Ну кроме поедания еды, которой хватило бы на целый ресторан. Это тебе не удалось.
– Знаешь что? Эта неудача нисколько меня не напрягает, – парирую я. – Тем более что тот, кто кидает мне эту предъяву, сам обходится несколькими стаканами крови.
– Ты стыдишь меня за то, что я пью кровь? Это дискриминация. – Он делает вид, что оскорблен.
Я закатываю глаза.
– Нет такой дискриминации.
– Точно есть.
– Потому что ты так решил? – Я выгибаю бровь.
– Может быть. – Он щурит глаза. – А что, тебя это напрягает?
– Может, и так. Вообще-то… – Я осекаюсь, услышав голос Флинта с другой стороны площади.
– Привет, Новенькая!
Теперь уже Хадсон закатывает глаза.
– Этим драконам вечно больше всех надо.
К нам приближаются Мекай, Иден, Лука и Флинт.
– О боже, – говорит Иден, допив огромный бумажный стакан молочного коктейля и выбрасывая его в ближайший контейнер для вторсырья. – Я так объелась.
– Ты тоже? – сочувственно спрашиваю я.
– Да уж, – отвечает Флинт. – Я видел Мэйси, у нее было зеленое лицо.
– Они очень гостеприимны, – с ухмылкой замечает Лука.
Мекай пожимает плечами.
– Да, но мы так ничего и не разведали насчет этого кузнеца.
– Это потому, что вы дилетанты, – злорадствует Хадсон. – Его жену зовут Фейлия, и она ювелир дерева Солай. – Он подмигивает мне. – Нам объяснили, как пройти к ее дому.
– Нам никогда не искупить нашу вину, да, Иден? – шутит Мекай.
– Что я могу сказать? – подкалываю их я. – Иногда вы сечете фишку…
– А иногда нет, – заканчивает Хадсон.
Иден пристально смотрит на мою правую руку.
– Говоришь, она ювелир? Так вот почему Грейс вдруг нацепила обетное кольцо?
Все взоры обращаются ко мне, и я ежусь.
– Это всего лишь кольцо. – Я пожимаю плечами. – Оно показалось мне красивым.
Флинт присвистывает.
– Чувак, ты уже купил ей
Не желая отставать, Мекай добавляет:
– Черт возьми, что ты ей пообещал? Что ты будешь с ней всегда и тому подобную хрень?
Все парни фыркают, а Флинт забивается с Мекаем, сказав что-то насчет того, что узы сопряжения совсем свели Хадсона с ума. Хадсон относится к этому подтруниванию добродушно, но время от времени переводит взгляд на меня, словно желая проверить, не спрошу ли я, что именно он мне пообещал, даря это волшебное кольцо. Но ему придется подождать, потому что сейчас я чувствую только облегчение от сознания того, что сама я не пообещала ему стирать его постельное белье до конца времен.
Только Иден не находит в кольце ничего смешного и с нажимом говорит:
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
– Почти никогда не знаю, – отвечаю я, и так оно и есть.
Пять минут все строят догадки о том, что Хадсон мог мне пообещать, затем Иден спрашивает:
– Как вы думаете, не стоит ли нам расспросить Фейлию сейчас, пока Мэйси и Джексон занимают Ирим?
– Или лучше подождать их? – добавляет Лука.
– Думаю, Джексон сойдет с ума, если мы в ближайшее время не избавим его от влюбленной девчонки, – замечаю я.
– Еще один повод оставить их вдвоем, если хотите знать мое мнение, – говорит Флинт, и что-то в его голосе заставляет меня присмотреться к нему повнимательнее. Может быть, он не так доволен всем, как кажется в последнее время?
Но на его лице играет непринужденная улыбка, и я решаю, что ошиблась.
– Я напишу ему и Мэйси, – предлагает Мекай, достав свой телефон. – Сообщу, куда мы идем, чтобы он задержал Ирим еще на какое-то время.
Следуя инструкциям, мы идем на запад, и вскоре эргономичное городское пространство уступает место дикой природе и лесу. Дома становятся все более и более неказистыми и попадаются все реже.
Я начинаю думать, что объяснений «на озере» будет недостаточно, чтобы отыскать дом Фейлии, но когда мы видим это самое озеро, оказывается, что проблема не в этом.
Это скорее пруд, а не озеро, так что на его северном краю всего две постройки. Одна представляет собой сарайчик, такой хлипкий, что кажется, его сдует любой ветер, а другая – дом, построенный вокруг одной из самых больших секвой, которые я когда-либо видела.
В городе я видела магазин и мастерскую, занимающие первые двадцать футов большой секвойи диаметром, наверное, футов девяносто. Это дерево, вероятно, не меньше, а может, и больше, но дом построен вокруг него, а не в нем.
