– Да, его сын! Он спас мне жизнь, хотя и не должен был. Он может стать хорошим человеком. Но что будет с ним, если вы убьете его отца? На него обрушится власть и богатство, замешанные на ненависти к убийцам отца и жажде мести! Эта война никогда не закончится… Зло порождает лишь зло!
– За него мы не можем решать, – холодно сказал Алекс. – Стать ли ему хорошим человеком или пойти по стопам отца.
– Но за Корнштейна вы решили! – распалилась Лиз. – Приговорили его к смерти!
– Он уничтожит нас всех, не задумываясь, едва ему представится случай! – воскликнул Алекс, стукнув ладонью по столу.
– И поэтому лучше напасть на беззащитного…
– Он не беззащитный! – перебил он. – У него хорошая охрана и…
– Как вы не поймете! – вскричала Лиз. – Дело не в том, кто он, а в том, кто вы!
– Ну и кто мы? – недобро прищурился Алекс.
Грудь Лиз тяжело вздымалась, словно она пробежала несколько миль, лицо все покраснело. В отчаянии она обернулась к Розалин.
– Линн, скажи ему! Ты же глава Экскалибура! Неужели ты одобряешь все это?
Розалин казалось, что она раздвоилась: какая-то часть ее признавала правоту Лиз – нельзя охотиться на человека, как на дикого зверя; но другая часть видела бездыханное тело мистера Уилсона на полу приемной, видела Дерека, покрытого страшными ожогами, видела окровавленного Алекса в полицейском участке, видела холодный безжалостный взгляд Корнштейна, направленный на нее саму.
Лиз всего этого видеть не могла.
Но даже не увидев, разве она не понимает, что Корнштейн убивает и калечит людей направо и налево, не считаясь ни с какими принципами? Он опасен так же, как бешеный зверь! И они собираются загнать его и застрелить, чтобы он больше никому не причинил вреда.
Она обвела взглядом членов Экскалибура, сидящих за слишком длинным для их небольшой компании столом. Ей внезапно пришло в голову, что они похожи на присяжных, обсуждающих приговор.
– Операция в силе, – твердо сказала Розалин. – Но ты можешь не участвовать, Лиз. Мы сами справимся.
Глаза у Лиз блеснули. Вся красная, она выскочила вон из столовой, и в наступившей тишине был отчетливо слышен топот ее туфель по коридору.
– Полагаю, у оставшихся нет сомнений в том, что Корнштейн должен умереть? – поинтересовался Александр.
Ответом ему было молчание.
***
В эту ночь Розалин не могла заснуть. Выходка Лиз занозой засела в мозгу. Но она не пошла к подруге, потому что не знала, что ей сказать. Она лежала в постели и смотрела в серый потолок.
Корнштейн – преступник, которого некому судить и казнить. Но правильно ли они поступают, взяв на себя эту обязанность? Чего на самом деле больше в их решении: желания избавить город от злобного мэра или мелочной жажды мести?
А Лиз? Милая, добрая Лиз… Когда дошло до дела, ее доброта сыграла против них. Что, если она ошиблась, выбрав Экскалибур? Ведь им еще не раз придется убивать…
Розалин перевернулась и уткнулась лицом в подушку. А какой у них выбор? Либо они выиграют, либо Корнштейн! Мысль о том, что он будет преспокойно жить дальше, несмотря на все, что совершил, наполняла Розалин яростью. И потушить ее могла только кровь.
***
Мортимер Корнштейн стоял на ступенях городской библиотеки и читал заученную речь. Губы его шевелились, но мысли были совсем о другом, а глаза равнодушно скользили по толпе.
После библиотеки он договорился пообедать с Элиотом и обсудить продажу парочки перспективных работников, потом два часа в ратуше, а после – навестить жену и дочь. Похоже, стерва завела себе любовника. Это может плохо отразиться на репутации мэра, не говоря уже о том, какой пример она подает малышке Элен. Впрочем, они это уже проходили: стоит сократить ее содержание, как проблема решится сама собой. Ради денег графиня готова многим поступиться.
Хотя кого он хочет обмануть: вовсе не интрижка жены беспокоила Корнштейна больше всего. Сэм Робертс – вот его головная боль! Поганца так и не нашли, хотя полиция обшарила все притоны и гостиницы в городе, заглянула в каждый автомобиль и под каждое крыльцо. Как ему удалось улизнуть из-под носа солдат? Просто чертовщина какая-то!
По бокам графа на ступенях замерли телохранители, Винсент, прикрывший лысину шапкой, и Джейкоб, уже без бороды, – его лучшие люди, которые впервые не справились с заданием! Джейк упустил Джона Грина, а Винс – девчонку Коулмана. Сам Корнштейн тоже отчасти виноват в неудаче: подружка лакея давным-давно рассказала, где скрывается их шайка, но вместо того, чтобы сразу от них избавиться, граф приберегал их поимку до подходящего момента. Этот успех должен был показать Элиоту, кто хозяин положения, и помочь сместить мэра с должности.
Корнштейн все равно добился своего, но, если Сэм и его проходимцы опять выкинут какой-нибудь трюк, это будет совсем некстати.
– И вот, наконец, благодаря нашим усилиям и трудолюбию главного библиотекаря, мистера Барнса, я с радостью объявляю об открытии! – закончил мэр свою речь.
Натянув на лицо дежурную улыбку, он взял ножницы из рук мистера Барнса и перерезал красную ленту.