Она почти не слышала, что он говорил. Но в его серьезном взгляде светилась уверенность, которой ей сейчас так не хватало. И она поняла, что вместе с Алексом справится с чем угодно. Паника отступила. Розалин просто кивнула и позволила ему отвести себя в спальню и уложить в постель. Лиз принесла чай, а Алекс всыпал в него что-то.
– Тебе надо поспать, – протянул он кружку Розалин.
Она не стала задавать вопросов. Выпив чай, она опустилась на подушки и закрыла глаза. Алекс коснулся губами ее лба и шепнул:
– Я люблю тебя.
Розалин уже засыпала, но эти слова всколыхнули неясные образы в мозгу. И она подумала, что любить еще недостаточно. Любовь – слишком размытое и разностороннее понятие. Можно любить и все равно причинять боль. У них с Алексом было нечто большее, чем просто какая-то любовь.
Она верила ему.
Розалин не могла уснуть. В спальне было душно, а ее мучила тошнота. Из-за плохого самочувствия она выпроводила Алекса, и он сегодня ночевал у себя.
А она уже мысленно пересобрала «бульдог» и пересчитала солдат Корнштейна, прыгающих через изгородь, но все еще не спала.
Прошла неделя с неудачного нападения на Корнштейна. Неделя с тех пор, как она узнала, что внутри нее растет новая жизнь. Первый шок прошел, а благодаря восторгу Алекса, Розалин уверилась, что все будет хорошо.
Думать о ребенке было странно. Розалин стала больше прислушиваться к своим ощущениям, надеялась уловить малейшие признаки изменений. Сейчас наблюдалась лишь тошнота и бессонница.
Сказанные в сердцах слова о том, что она хочет нормальную жизнь, сбывались: Алекс предлагал ей уехать к отцу как можно скорее. И хотя Розалин уже успела о них пожалеть, благоразумие говорило, что безопасное место рядом с родными – именно то, что ей сейчас нужно.
Однако сначала они с Алексом должны пожениться, как и собирались. Была лишь одна маленькая загвоздка: Корнштейн.
Они не выполнили свой уговор. Граф был жив-здоров и оставался мэром Суинчестера. Можно было бы забыть о нем и просто обвенчаться безо всяких условий, но Розалин не могла смириться с таким положением вещей. Корнштейн, словно нерешенная задача, приходил к ней в мыслях снова и снова.
Алекс предлагал самому с ним разобраться, но Розалин отвергла эту идею. Она склонялась к мнению Лиз, что ничего не происходит просто так. Может быть, час графа еще не пробил, а Алекс может погибнуть.
Розалин чувствовала себя беспомощной, она по-прежнему считала, что в ней что-то сломалось. Если она не смогла выстрелить в своего злейшего врага, значит, не сможет выстрелить ни в кого, значит, она уже не та, что прежде. Как она сможет защитить себя в случае опасности? Кроме того, ее любимый «бульдог» остался в застенках у Корнштейна. И в этом тоже виделось нечто символичное.
Устав ворочаться без сна, Розалин выскользнула из постели, накинула пеньюар и отправилась в библиотеку.
Члены Экскалибура постепенно обустраивали дом и преуспели в этом. В библиотеке теперь царили чистота и порядок. Книги для нее отбирали Розалин и Лиз, стараясь избавляться только от самых ветхих. И теперь разномастные корешки приветливо выстроились на полках, обещая решение любой проблемы.
Розалин зажгла лампу на столе. Чтение всегда успокаивало ее. Может быть, поискать что-то по воспитанию детей?
Но вместо этого ей попался на глаза недавно купленный Алексом оружейный каталог. Усевшись с ним за стол, Розалин пролистала несколько страниц. Гражданские револьверы, охотничьи ружья, новенькие пистолеты «Смит энд Вессон», крошечная «Ледисмит»… Розалин задержала взгляд на этом почти игрушечном оружии. По сравнению с ее «бульдогом» – укороченной версией армейского револьвера – эта малышка двадцать второго калибра была не опаснее комара. Зато насколько проще было бы прятать ее в кармане или сумочке!
Внезапно Розалин пришла в голову смелая и необычная мысль. Вскочив со стула, она принялась штудировать полки в поисках литературы…
***
Тихие шаги за спиной заставили Розалин обернуться. В дверях библиотеки стоял Дерек, держа в руке керосинку. Его появление было очень некстати, ведь она как раз нашла интересную статью, которая могла ей помочь.
– Ты почему не спишь, Линн? – спросил он, потирая глаза.
– А ты? – огрызнулась она и вернулась к разложенным на столе книгам.
Вместо того, чтобы уйти и оставить ее в покое, Дерек подошел и заглянул ей через плечо.
– Яды? – удивился он.
– Да, я изучаю яды, – бросила Розалин, но парень не уходил.
Она подняла на него глаза. Лицо Дерека было испуганно-недоверчивым.
– Ты что собираешься делать?
На секунду Розалин увидела себя его глазами: беременная женщина в ночи читает о ядах. Тут впору испугаться!
– Я хочу найти средство, чтобы при необходимости обездвижить или усыпить врага, – пояснила она.
Дерек поинтересовался:
– И как ты заставишь его выпить яд? На чай пригласишь?
– Нет же! – раздраженно бросила она. – Я хочу сделать пули со снотворным! Чтобы ими стрелять!
Дерек поставил лампу на стол.
– Это отличная идея, Розалин! – сказал он. – Только это невозможно.