– Ты заплатишь мне каждый фунт из их стоимости! – надрывалась трубка.
– Мне очень жаль, сэр, – смог вставить мэр Суинчестера с притворным раскаянием. – Полагаю, вы захотите встретиться со мной завтра в ратуше по этому вопросу?
– В ратуше? О, нет, паршивец, ты приедешь ко мне завтра в пять вечера! Или я закопаю тебя рядом с Уорреном!
Собеседник бросил трубку. Александр громко захохотал.
– И что ты собираешься делать? – спросила его Розалин.
– Уж точно не распивать с ним дневной чай! – рассмеялся тот. – Я подожду, пока он сам явится ко мне, и арестую. Темница не должна пустовать! Нас ждет война, Розалин! Хорошо, что на нашей стороне живая вода!
Розалин не разделяла его веселья.
– Мне кажется, ты слишком сильно надеешься на нее, – заметила она. – Живая вода – не средство от всех проблем. И ее нужно хранить в тайне!
– Разумеется, мисс Зануда! – отозвался он. – Но сегодня тот самый день в моей жизни, когда я могу все! Дай мне насладиться моментом!
Розалин растерянно заморгала. Он назвал ее занудой?
Увидев выражение ее лица, Александр снова захохотал и направился обратно в столовую. Розалин двинулась за ним, поражаясь тому, как грозный начальник охраны внезапно превратился в проказливого мальчишку.
В коридоре их нагнал нестройный топот ног. Александр и Розалин обернулись – их преследовали Картер и Чарли.
– Сэм, мы вскрыли сейф Уоррена! – выпалил Чарли, неловко затормозив. – Что нам делать с его деньжатами?
Лицо Александр вновь растянулось в довольной улыбке.
– Поделим на всех! – заявил он. – Тащите в столовую!
– Помощь нужна, он тяжелый! – буркнул Чарли.
Александр отсалютовал Розалин и поспешил на помощь.
***
В особняке творился полный бедлам. Подвыпившие солдаты распевали в столовой какую-то похабную песню. В гостиной Лиз помогала девушкам подобрать наряд среди вороха найденных ею тряпок. Навстречу Розалин в коридор вышел Джон.
– Куда ты опять пропала? Не стоит бродить одной по дому! – сказал он, протягивая ее «бульдог».
От радости, что отобранный Сэмом револьвер вернулся к ней, Розалин готова была расцеловать телохранителя.
– Где ты его нашел? – воскликнула она, поглаживая пальцами привычную рукоятку.
– Попросил у Сэма, он и вернул, – ответил Джон. – Я гляжу, вы с ним спелись.
Он так пристально на нее смотрел, словно пытался разглядеть то, что объединяет ее с начальником охраны.
Розалин только пожала плечами. Она проверила барабан – револьвер был заряжен – и спрятала «бульдог» в карман.
– И что теперь? – спросил Джон. – Мы собираемся остаться здесь на ночь?
От этого простого вопроса на Розалин навалилась усталость. Этот день был слишком длинным, и она только сейчас поняла насколько. Ей страшно захотелось спать.
– Да, – ответила она – Нужно отдохнуть и обо всем подумать.
Джон хотел сказать что-то еще, но Розалин сказала:
– Давай обсудим все завтра.
Она чмокнула телохранителя в щеку.
– Спасибо за револьвер!
И умчалась прочь по коридору. Ее одолевало желание побыть в одиночестве. Оно было настолько острым, что она просто проскользнула в первую попавшуюся комнату, чтобы никого больше не встретить.
Комната оказалась спальней для гостей. Уже стемнело, и едва Розалин захлопнула дверь, как темнота и тишина приняли ее в свои объятия.
Она различила очертания кровати, но решила, что если завалится спать, то это будет нечестно по отношению к Лиз, которая все еще хлопочет снаружи.
Тогда она подошла к окну и отодвинула гардину.
Падал легкий снежок. Розалин вдруг осознала, что и в самом деле скоро Рождество. Сидя в темнице, не мудрено сбиться со счета дней!
А ведь она говорила Джону, что после Рождества им стоит вернуться домой. Кажется, это было сто лет назад!
А что теперь? Продолжить учиться в этой нелепой школе? Поехать в Лэмбридж, как она и собиралась? Бросить учебу ради подпольной деятельности?
Вопросы выстроились в ряд, как солдаты на параде, но кроме маршировки были ни на что не годны.
Живая изгородь за окном в белом покрывале снега выглядела так мирно. Где-то высоко в небе поблескивал тонкий лунный серп… Неужели в эту самую минуту в этом же самом городе существуют места, вроде подвала сэра Уоррена!
Сможет ли Александр быть мэром, если пойдет против рабства? Этот Корнштейн разозлился едва узнал, что потерял десятерых рабов, что будет, если мэр продолжит в том же духе? Как Корнштейн кричал, что закопает его рядом с Уорреном!
Закопает… Стоп!
Розалин поразила внезапная догадка.
Дернув гардину так, что она затрещала, Розалин со всех ног метнулась вон из комнаты.
***
Александр сидел на полу в столовой, подогнув под себя ноги, и раскладывал по кучкам хрустящие бумажки. Растолкав собравшуюся вокруг него толпу, Розалин подскочила к нему и схватила за плечо.
Он поднял голову.
– Корнштейн! – выпалила Розалин, тяжело дыша. – Как он узнал, что ты убил Уоррена?
В глазах Александра отразилось непонимание.
– Что ты имеешь…
Но потом его лицо вытянулось, а губы сжались.
– Ты права! – рявкнул он. – Кто-то доложил ему!
Вскочив, он злым прищуренным взглядом окинул людей в столовой. Здесь были не все, но Александр словно раздумывал о чем-то своем.