Солдаты ставят нас рядом с сиденьями инь и ян, снимают наручники. Новый всплеск страха накрывает меня, когда, оглянувшись через плечо, я вижу, как Ли Шиминь встряхивает освобожденными руками. Его длинные пальцы тоже исчерканы шрамами.
Впрочем, что это я распсиховалась? Бессмысленно предполагать худшее, если это худшее означает мою смерть.
Я должна попытаться. Я должна побороться. Если не выживу я, выживет он. И еще больше девушек погибнут из-за него.
Солдаты заталкивают его в духовные доспехи на кресле ян. Он издает глухой звук, когда тонкие острые иголки входят в его позвоночник. Алое ци-Огонь вспыхивает в его глазах и устремляется по сетке меридианов на его лице. Броня защелкивается вокруг его тела.
Я деревенею и холодею, когда солдаты, раздвинув лохмотья на моей спине, втискивают меня в кресло инь. Знакомое покалывание иголок – словно крупинки льда вдоль позвоночника. Смыкаются доспехи. Ли Шиминь обхватывает меня закованными в броню руками. Я совсем не миниатюрное создание, но сейчас чувствую себя маленькой. Его жар, проникающий даже через доспехи, душит меня, как в худшую пору лета.
Повернув голову, я задеваю виском его горячий намордник, и у меня возникает идея.
– Ты наверняка не веришь в правила и все-таки позволил нацепить на себя эту штуку, – шепчу я, когда стихают шаги удаляющихся солдат. – Тебе не кажется, что это просто смешно?
Нет ответа.
А, понятно. Намордник.
– Знаешь что? – продолжаю я. – Как только мы попадем туда, поступи не по правилам. Передай управление мне. Это единственный способ освободить нас обоих.
Кто-то захлопывает люк, погружая нас в темноту.
– Передай мне управление, Ли Шиминь. Передай…
Иглы вонзаются в мой позвоночник.
Я проваливаюсь сквозь горячий воздух и лечу навстречу горе мечей, стоящей посреди моря огня. Падаю в расщелину между мечами, клинки уносятся вверх перед моим взором. Обжигающий жар нарастает у меня за спиной. Пытаюсь ухватиться за что-нибудь, чтобы остановить падение, но под руки попадаются лишь лезвия, рассекающие мои ладони с краткими вспышками жгучей боли. Я кричу, запрокинув голову, но вижу лишь частокол клинков и кроваво-красное небо.
И все же я сопротивляюсь, пытаясь цепляться за лезвия и ногами тоже. На каком-то животном уровне я понимаю: если упаду в море огня, то потеряю себя, а значит, никогда отсюда не выберусь.
Как все другие девушки, побывавшие здесь.
Мое тело застревает на этой терке и резко останавливается, в кости вонзаются мечи. Вне себя от ужаса, я повисаю в пространстве, чувствуя, как ненадежно мое положение. Горячая кровь стекает по искалеченным, дрожащим ладоням. Языки пламени лижут спину. Пот пропитывает одежду и повисает на волосах. Разум едва ворочается в волнах жара.
Другие девушки… зачем они здесь побывали? Зачем я здесь? Почему не могу вспомнить?
Я должна вспомнить. Это важно, очень важно.
Высоко наверху, за иззубренными краями расщелины по небу, как обезумевшие, мечутся птицы, их крылья в огне, их клекот – как человеческие вопли. Алое небо. Алые птицы. Красная Птица? Хризалида?
Что это за хреновина такая – хризалида?
Мысли плавятся. Все плавится. Огонь расплавляет Металл. Я – Металл, это моя доминанта.
Это что-то означает. Может дать мне силу, пока на мне надеты…
Да, где-то за пределами этой реальности на мне надеты доспехи, которые могут обеспечить мне силу. Вспоминаю, как они выглядят на многочисленных рекламных снимках. Высокий воротник и наплечники, словно сделанные из горящих перьев. Массивные крылья. Длинный пышный набедренник в виде хвоста феникса.
Ненавижу эти доспехи. Каждый раз, когда они появляются, умирает девушка. Я следующая.
Если только я не выиграю.
Если я не убью этого парня первой.
Растягивая всхлипы в яростный вой, я приказываю доспехам проступить из моего тела. Они прорезаются из моей плоти, вырастают из моих костей. Красные кристаллы выворачиваются из моего костного мозга и распространяются все дальше. Я превращаюсь в чудовище, но это правильно.
Чтобы сразить монстра, нужен монстр.
Жесткие багряные крылья, вздрогнув, расправляются у меня за спиной. Смыкаются у меня на груди. Затем со взрывным взмахом сметают мечи вокруг. Лезвия падают одно за другим, как круги на воде.
Я обрушиваюсь вниз, из меня вышибает дух, но, стиснув зубы, я снова бью крыльями. И снова. И снова, разворачиваясь в воздухе.
Причудливые крылья поднимают меня вверх в горячих потоках и водоворотах. Краем глаза вижу уплывающие вниз мечи, а потом они и вовсе теряются в пространстве этой реальности. В дрожащем от жара воздухе по кровавому небу плывет искореженный остров, вокруг которого носятся пылающие, кричащие птицы. Я лечу им навстречу, хлопая крыльями, как хлыстами.
Птицы направляются ко мне.
Резко останавливаюсь, но уже слишком поздно. Они сбиваются в единый поток и устремляются ко мне, машут крыльями, корчатся и вопят, сгорая заживо. Я прикрываюсь руками.
