— Какая разница? — насупилась Анемон, появившаяся из-за спины Томо. Тот взглянул на девочку и обнаружил, что та держит в руках огромный шмат мяса. — Она же очень милая!
— И плюётся кислотой, — недовольно фыркнул Сора, подперев щёку рукой.
— Кислотой?.. — приподнял бровь полицейский, вновь посмотрев на Ямаруту.
— Кря!
— Пиздец… — не найдя более подходящих слов, выдохнул брюнет. Белобрысый посмотрел на него с самым искренним сочувствием и пониманием.
Тем временем Анемон швырнула на стол сырой кусок мяса перед уткой и та, обнажив внушительного размера острые зубы, наличие которых уже никого не удивляло, стала откусывать от шмата мяса по небольшим кускам и сразу их проглатывать.
— И откуда такая фигня только взялась? — втянулся в обсуждения утки и старик, расположившийся около кассы по другую сторону стола, имея ввиду само животное, природа которого была до сих пор непонятна. Он искренне изумлялся этому созданию.
— Есть она и есть, — недовольно буркнула в ответ девочка, с умилением глядя на своего домашнего питомца. — Вам не всё ли равно, откуда она?
Томо, поняв, что подобное слишком сложно для его восприятия, вернулся за барный стол, опасливо косясь в сторону животного.
— Я поговорить пришёл, — обратился он к Соре, на что беловолосый повернулся к нему и удивлённо вскинул брови, приготовившись слушать. — У полиции проблемы появились, твоя помощь не помешала бы.
— Что за дело? — прозвучало не слишком заинтересованное от Ямаруты, но этой интонации никто не различил. Парень по собственной неосторожности забыл один важный момент…
— Три с лишним месяца мы гоняемся за одним железным и поймать его всё никак не можем… — коп несколько стыдливо почесал переносицу. Томо хотел было продолжить, но Сора, опомнившись, пнул его ногой под колено, намекая на то, чтобы брюнет замолчал.
Мужчина поднял взгляд на беловолосого, который заметно побледнел, а блеск в глазах знаменовал страх. Но брюнету было сложно понять, откуда он взялся. Дети, быстро сообразив, в чём дело, тут же стали пытаться перевести тему, вновь заговорив про утку.
— И что там с этим железным? — хитро прищурившись и широко улыбаясь, протянул старик, смотря на Томо и вводя его в замешательство. Коп откровенно не понимал, стоит ему продолжать или нет. Если, исходя из его недавней встречи со всей троицей на улице, дети знали, кем являлся Сора, и спокойно к этому относились, то вот по поводу старика теперь появлялись сомнения.
— Не надо таскать нам сюда свою работу, Томо-сан! Если Вы сегодня на выходном, то забудьте о работе, раз пришли проводить своё свободное время здесь! — Роши со всем своим актерским мастерством пытался выразить недовольство, активно стараясь перевести тему.
— Да пусть рассказывает, не перебивай, — продолжал добродушно кивать хозяин.
В зале повисла гнетущая тишина. Томо был сбит с толку, дети взволнованно уставились на полицейского и Сору, а сам беловолосый старался не выдать своих настоящих эмоций, молча сверля взглядом пол.
Он выкинет тебя, как только поймёт, кто ты.
Тебе с самого начала следовало отказаться от его помощи.
Ты — Монстр. Он правильно сделает, если прогонит тебя.
— Что-то не так? — вопрос старика был адресован Ямаруте. Парень отрицательно мотнул головой. В ушах у него зазвенело, а перед глазами поплыли разноцветные пятна. Уж чьей реакции он точно не хотел знать, так это старика. — Плохо себя чувствуешь? — в интонации хозяина слышалось ехидство, однако причина его наличия была не ясна. Хотя, если задуматься, Сора и сам говорил, что не держит старика за дурака… Неужели он всё-таки знает?
— Сора-Сора, — после недолгого молчания покачал головой старик, складывая руки домиком. — Ты правда думал, что если сразу после того, как несколько сотен железных сбегут из тюрьмы, а у моего магазина через пару дней после этого окажется человек без имени, весь в крови и ничего не знающий о нынешнем мире, то я не пойму, кто он такой? — улыбка мужчины продолжала быть добродушной, а взгляд хитрым, как у лисы.
Сора чувствовал, как земля буквально уходит у него из-под ног, как внутри у него всё похолодело, а по спине течёт холодный липкий пот. Давненько он не испытывал такого страха.
— Тогда почему, — сипло начал он, — ты до сих пор разрешал мне здесь оставаться?
— Я тебе ещё тогда ответил, — хмыкнул старик, недовольный тем, что беловолосый забыл его слова. Тот сразу вздёрнул голову и уставился на мужчину широко раскрытыми глазами. — В мире есть добрые люди.
— Но я! Я же… — Ямарута едва не сорвался на крик. Сказывался только что пережитый стресс. Его действительно всё это очень волновало, и нужно быть слепым и глухим, чтобы не понять этого.
