Погибшая женщина была одета в темную одежду. Тот материал, который так рьяно вытаскивал Талбот, по-хоже, был частью ее одежды, накидкой или плащом. Из груды истлевшего тряпья виднелась коса, довольно непло-хо сохранившая свой русый цвет. На покойнице не было украшений.
Ирис подошла к сестре, стараясь не смотреть в сто-рону сундука, и спросила:
— Изольда! Как ты решила поступить дальше?
— Я сделаю, так как надо. Как просила тебя Эве-лин, — угрюмо ответила она.
Настроение у всех было неважное. У каждого — по своим причинам.
Мужчины не понимали, зачем вся эта возня. Оли-вер спросил у Изольды, не зарыть ли его обратно, раз там нет клада. Талбот вообще был страшно разочарован. Столько копать, мучаться, и все ради неизвестной покой-ницы. Он был поражен, когда узнал, что леди хочет доста-вить сундук в замок.
— Не понимаю, леди! Для чего вам это? — сдер-жанно, но с тенью раздражения произнес он.
— Так надо, — ответила Изольда. — Твое дело вы-полнять приказы, а не задавать вопросы.
Склеп
По прибытию в замок, Изольда распорядилась от-нести сундук в родовой склеп.
Теперь перед ними стоял вопрос. Надо было найти саркофаг с именем леди Эвелин и заменить прах Венди на останки Эвелин. Задача была не из приятных, а главное — все должно быть в тайне. Никто из слуг не должен знать об этом. Ирис с Изольдой ломали себе голову, как поступить. Единственный верный друг их была Меган, но она женщи-на, и вряд ли сможет им помочь. Немного поразмыслив, Изольда объявила:
— Я решила, Ирис — я сама сделаю это. Это ос-танки моей прапрабабушки. Только я должна это сделать. Это наши с ней семейные дела.
Ирис ужаснулась:
— Ты? — она прикрыла рот рукой.
— Да! Если не можешь там находиться, просто по-стой возле склепа, чтобы никто не зашел, — твердо ответи-ла Изольда.
— Хорошо! — Ирис побелела как полотно.
После обеда они спустились в склеп. В их руках были зажженные свечи. Изольда взяла с собой лом и нож — на всякий случай. Она уже не в первый раз была в этом склепе. Все темное помещение было заставлено саркофага-ми. Тут лежит ее отец, мать, братья. Изольда знала их гро-бы. Когда умер ее отец, она приходила сюда плакать на холодной плите его нового прибежища.
Ирис осталась у выхода. Она так и не смогла зайти внутрь.
Изольда ходила между гробами, стряхивала пыль с надписей, читала имена.
Перед одним она замерла дольше обычного. Это был саркофаг с именем леди Эвелин Рочестер. Изольда, не веря своим глазам, еще раз внимательно прочитала.
— Я нашла его! — крикнула она сторожившей вход Ирис, которая в ответ только еще больше поежилась.
Решительная Изольда поставила канделябр на со-седний гроб и принялась приподымать крышку. Она была сделана из дерева и покрыта красивой резьбой.
Изольда обратила внимание на годы жизни Эвелин.
— Ирис, ты представляешь, а ей было всего два-дцать девять лет!
Ирис, ни жива и не мертва, стояла с зажженными свечами. Ее большие глаза горели как звезды. Она что-то тихо ответила, но Изольда не услышала, что она сказала.
Изольда громко вздохнула последний раз и попы-талась снять крышку. Ей это не удалось. Это все усложня-ло. Ирис и так еле жива от страха.
— Я без тебя не справлюсь, — прокомментировала Изольда.
С побледневших от ужаса губ Ирис сорвалось не-членораздельное восклицание.
— Точно! — подтвердила Изольда — без тебя ни-как! Отбрось свой детский страх и иди сюда!
Ирис нерешительными, короткими шажками по-дошла к Изольде, стоявшей возле гроба. Она восхищенно посмотрела на свою кузину, достойную дочь славного рода.
— Что мне делать? — спросила Ирис, чуть дыша.
— Придерживай крышку, а я попробую открыть ее ломом!
Ирис видела, как трясутся руки Изольды. Она не показывала виду, как ей страшно.
Под натиском железа заскрипело старинное дерево. В пламени свечей было видно, как повсюду поднялась пыль. Вдвоем они сняли тяжелую крышку. Для двоих это было несложно. Ирис тотчас же отвернулась. Она не могла смотреть внутрь гроба.
Она слышала, как тяжело дышит Изольда, как сглатывает слюну. Ирис закрыла уши и зажмурила глаза, чтобы ни один звук не пробрался в ее голову.
— Готово — произнесла Изольда, — теперь надо закрыть обратно.
Ее голос походил на голос из преисподней. Ирис поняла, скольких душевных сил ей это стоило.
Голова Ирис кружилась, ей показалось, что сейчас она потеряет сознание. Она оперлась на чей-то гроб, чтобы не упасть на пол.
— Ирис! Тебе плохо? — она услышала взволно-ванный голос кузины.
— Мутит меня, — Ирис закрыла глаза, — сейчас, немного постою.
— Если тебе плохо, выйди на воздух! — Изольда заметила, как она бледнеет все сильнее и сильнее.
— Нет. Сначала закончим. — Ирис, превозмогая себя, подошла к саркофагу леди Эвелин и согнулась за крышкой, помочь Изольде поднять ее.
Она неловко задела локтем стоявший рядом канде-лябр, и тот со звоном ударился о каменные плиты пола.
