Ирис поднялась к себе. Сонливое состояние пре-следовало ее с самого утра. Как она с ним не боролась, природа человеческая была сильнее; она с наслаждением легла на мягкую постель и укрылась. Сон налетел мгно-венно. Ирис находилась в том пограничном состоянии, ко-торое бывает между сном и бодрствованием. Перед ее гла-зами проплывали сегодняшние события. Изольда, которая ругает ткачих, веселый повар Уильям со своим огромным черпаком в одной руке и с неподъемной сковородой в дру-гой, яркое солнце, нехарактерное для этого времени года. Затем Ирис куда-то провалилась. Все поменялось, не стало ни Изольды, ни всех других персонажей сна, ясное небо сменилось темными грозовыми тучами, стремительно, с неимоверной скоростью летящими по хмурому небу. Не-ожиданно она оказалась за стенами замка, поблизости от леса, почти раздетая, не считая тонкой ночной сорочки. С неба повалил град. Градины, размером с горох, начали больно бить по спине, плечам, лицу — Ирис побежала в сторону дубравы. Могучие кроны вековых дубов закроют от сильного града. Она подбежала к дубу — исполину. Ствол вряд ли бы могли обхватить трое крупных мужчин, взявшись за руки. Град прекратился, и его сменил ливень. Стена воды закрывала все пространство перед ее глазами. Ей показалось, что земля шевельнулась под ногами. Ирис шарахнулась в сторону от неожиданности. Присмотрелась на место, где еще виднелись следы ее босых ног. Густые ветви дуба больше не могли ее закрыть от проливного дож-дя. Струи воды лились по ее волосам, лицу — сорочка на-сквозь промокла. Что-то блеснуло в пропадающем следе. Ирис присела на корточки. Перстень! Золотой, и с большим изумрудом.
Она упала на колени и потянулась за ним. Дождь лил подобно водопаду. Поток воды с грязью сдвинул с мес-та перстень и отнес его на пару ярдов. Ирис резко протяну-ла руку за уплывающей драгоценностью. Немного не рас-считав, поскользнулась на липкой грязи и оказалась лежа-щей на животе. Желанная добыча зацепилась за подмытым дождем корнем дуба и лежала там, поблескивая. Ирис поднялась — она совсем не хотела упускать перстень. По-дошла, нагнулась, подняла. Камень переливался и сиял. Ирис вытянула перед собой руку с перстнем, чтобы оце-нить чудесный камень издалека. Он был прекрасен. Тонкая ювелирная работа. Чистейший кристалл. Ирис невольно залюбовалась совершенством творения природы. Как вдруг, непонятно откуда, в небе появилась стая черных во-рон. Они громко каркали. Их было несколько сотен. Вся стая приземлилась на ветви дуба. Несколько из них сели на плечи Ирис, одна на голову, ее когти больно впивались в кожу головы. Девушка стала махать руками, кричать, сго-нять ворон. Одна, самая крупная, больно клюнула руку, в которой она держала перстень, и взлетела на ветку. Ирис со стоном схватилась за пораненную кисть и обронила пер-стень. Кровь потекла из раны и залила белую сорочку. Чер-ная птица как будто этого и ждала. Она решительно слетела с ветки и подхватила лапами свой трофей. Потом поднялась вверх в небо, довольно каркая. Все остальные вороны по-следовали ее примеру, сорвались с ветвей и взметнулись в небо.
— Отдай! — истошно закричала Ирис. Было так жалко потерять прекрасное украшение. Она подняла с зем-ли несколько камней и запустила в стаю птиц. Но они были уже слишком высоко. Они кружили над дубом. Злорадство угадывалось в их скрипучих голосах. Ирис не сдавалась. Она метко целилась в стаю. Но, ни одна попытка не увен-чалась успехом. Черная туча птиц взмыла ввысь и устреми-лась в северном направлении к саду. Попадавшие орехи были их излюбленным лакомством. Ирис бросилась пре-следовать наглых разбойников. Стая уселась на ветвях ста-рых высоченных слив, рядом с которыми рос орешник. Некоторые вороны уже были на земле, собирали упавшие орехи. Грабительница сидела на самой большой сливе и, распустив крылья, вызывающе каркала.
— Ах ты, противная! — Ирис запустила в него ка-мень внушительных размеров. И, как ни странно, почти попала. Ворона выронила драгоценность, но сама уверну-лась.
Довольная своей победой, девушка подбежала к сливе. На траве лежал перстень. Она присела на траву, не обращая внимания на грязь и слякоть от дождя. Ей хоте-лось смотреть на него, не отрывая глаз. Глубокая насыщен-ная зелень камня завораживала ее. Тут Ирис ощутила на своем плече колючие, уже знакомые когти черной вороны. Нет! Она больше ни за что не позволит наглой птице ста-щить перстень. Ирис крепко зажала его в кулаке и для на-дежности сунула кулак под мышку.
— У тебя ничего не выйдет! — непонятно зачем сказала она вороне и повернула к ней голову.
Ирис взглянула на иссиня-черное перламутровое оперенье. Она поразилась выражению глаз птицы — в них был разум. Ворона тоже смотрела на нее. Потом она спрыг-нула с плеча девушки и села на камень под сливой. Ирис, к ее изумлению, прониклась симпатией и уважением к воро-не. В ее поведении было что-то гордое и значительное. Птица несколько раз ударила своим крепким клювом ка-мень и глянула на Ирис своими умными глазами.
