Железные земли полностью

– Отпусти их, – потребовал Ройбен у Силариэль.

Талатейн тут же направил на него арбалет.

– Не смей командовать моей королевой.

Ройбен рассмеялся и взялся за меч, медленно вынимая его из ножен, словно предлагая Талатейну рискнуть и выстрелить первым. В глазах короля пылала ярость, но в то же время в них читалось освобождение – кристально-ясная ненависть словно заглушила его стыд.

– Ну же, – усмехнулся он. – Одним трупом больше, одним меньше!

Талатейн опустил арбалет и потянулся за мечом.

– Давно я ждал этого момента.

Они начали двигаться по кругу. Собравшиеся расступились, давая дуэлянтам больше места.

– Позвольте мне сразиться с ним, – попросила Дулкамара. Она была облачена во все красное, волосы ее были скручены жгутами и переплетены черной лентой.

Ройбен улыбнулся и покачал головой. Обернувшись к Кайе, он произнес:

– Иди.

И повернулся к Талатейну.

– Останови их, – потребовала Силариэль. – Прикажи ему остановиться.

Они атаковали и отступали, кружа в быстром смертельном танце. Мечи скрещивались с металлическим лязгом.

Этин бросилась к брату, но вдруг застыла на месте. И обратила к Кайе полный мольбы взор.

– Ройбен! – крикнула Кайя. – Остановись!

Он застыл, словно обратился в камень. Талатейну тоже пришлось опустить оружие, и он, казалось, был разочарован.

Силариэль шагнула к Ройбену. Провела рукой по его щеке, вновь повернулась к Кайе.

– Если хочешь покинуть земли Светлого двора вместе с друзьями, – сказала королева, – отдай ему приказ.

Кайя кивнула и двинулась к ним. Сердце билось, как тяжеленный молот. Она замерла за спиной Этин. Должен же быть какой-то способ вырваться отсюда, освободить Корни, Луиса и себя, прежде чем Силариэль станет известно, что Кайя не использовала истинное имя Ройбена. Нужно найти нечто важное, нечто такое, что можно будет поставить на кон, торгуясь с королевой.

И Кайя приставила клинок Адаира к шее Этин.

Имя ее разнеслось эхом, произнесенное дюжиной испуганных голосов.

– Корни, поднимайся! Луис, помоги ему! – Она тяжело сглотнула. – Мы уходим. Сейчас же.

Силариэль больше не улыбалась. Казалось, она ошеломлена, бледные губы едва шевелились.

– Я ведь могу…

– Нет! – выкрикнула Кайя. – Если посмеете коснуться моей матери, я перережу Этин горло. Будешь угрожать брату Луиса, перережу ей горло. Сейчас мы с Луисом и Корни уйдем отсюда, и если не хочешь, чтобы ей причинили боль, ты и твои люди просто позволят нам покинуть эти земли.

– Моя госпожа, – выдохнула Этин.

Талатейн, крутанув мечом, устремил его острие в сторону Кайи, словно обещая ей жестокую расправу.

– Позвольте пикси и ее людям пройти, – смирилась Силариэль. – Но я уверена, она еще пожалеет об этом.

Силариэль взмахнула рукой, и наложенные ею чары исчезли. Кайя с удивлением обнаружила, что жадными глотками хватает воздух, насыщенный зеленью растений, ощущая насыщенный аромат плодородной земли и копошащихся в ней червей. Она уже и забыла, как головокружительны чувства фейри и как сильно давление мощных чар. Точно уши забило ватой и ты пытаешься что-то расслышать. Она едва не споткнулась, но лишь крепче вонзила ногти в ладони и замерла.

– Только не с моей сестрой, – выдохнул Ройбен. – Не с ней, Кайя. Я не позволю!

– Рэз Ройбен Рив… – начала она.

– Это не мое имя, – бросил он. Собравшиеся вокруг фейри замерли.

Кайя встретилась с ним взглядом и постаралась вложить в свои слова всю ярость, кипящую в груди.

– Тебе меня не остановить. – Она подтолкнула Этин к Луису и Корнелиусу. – Рискни, и тогда я действительно прикажу тебе.

Челюсть его дрогнула, заиграли желваки. Глаза Ройбена были холодны, как свинец.

Вчетвером они двинулись прочь, к краю острова. А когда забрались в лодку изо льда, которую вытащили из камыша, Этин издала тихий звук, похожий на всхлип.

Они причалили к запорошенному снегом берегу, миновали парня, все так же неподвижно стоящего среди деревьев, подобно Щелкунчику. Его красный с золотом шарф был заправлен в куртку, губы и щеки покраснели от холода, а иней покрыл подбородок, как снежная щетина. Бледные, запавшие глаза все так же смотрели на гладь озера. Даже в посмертии он жаждал служить королеве Благого двора.

И Кайя тоже не сможет спастись. Не сможет убежать так далеко, чтобы королева не смогла ее достать.

Машина стояла все там же: в канаве на обочине шоссе, грязь, забрызгавшая в пути пассажирские окна, застыла ледяными каплями. Луис дернул за дверь, и она с хрустом открылась.

– Забирайся, – приказала Кайя Этин. Сердце колотилось, как безумное, а лицо и руки совсем замерзли – паника поглотила все тепло ее тела.

Этин с сомнением посмотрела на машину.

– Железо, – поморщилась она.

– Почему они не пошли за нами? – удивился Луис, оглядываясь через плечо.

– Они пошли, – раздался голос.

Кайя взвизгнула, мгновенно вскидывая клинок.