– Да. – Он посмотрел на черный океан, затем снова на нее. – Это больно. Когда чувства оживают. Но я рад этому. Радуюсь этой боли. – Он вздохнул и добавил: – Большую часть времени.
Кайя шагнула ближе. Яркое небо озаряло лицо Ройбена, подчеркивало кончики ушей, четко выделявшиеся среди светлых волос. Он выглядел одновременно чужим и невероятно родным.
– Я знаю, что подвел тебя, – продолжил Ройбен. – В сказках, когда влюбляешься в какое-нибудь существо…
– Сначала я была вещью, а теперь существо? – возмутилась Кайя.
Ройбен рассмеялся:
– Ну, в сказках это зачастую существо. Зверь, например. Змея, которая по ночам превращается в женщину. Или проклятый медведь, который не сможет стать человеком, пока не избавится от собственной шкуры.
– А может, лисица? – предложила Кайя, вспомнив рассказ Силариэль о терновых кустах.
– Как пожелаешь, – Ройбен нахмурился. – Но ты достаточно хитра.
– Пусть будет лисица.
– И в этих историях герою необходимо сделать что-то невероятно ужасное с этим существом. Скажем, отрубить ему голову. Пройти испытание. Но испытание не любовью, а доверием, которое и снимает чары.
– Значит, ты должен был отрубить мне голову? – усмехнулась Кайя.
Он закатил глаза:
– Я должен был принять твое заявление независимо от того, считал ли его разумным или нет. Но я слишком сильно любил тебя, поэтому не доверился и отверг. Я провалил свое испытание.
– Хорошо, на самом деле я не лиса, – сказал Кайя. – А также не змея и не медведица. И хорошо, что я достаточно хитра, чтобы найти способ обойти твое дурацкое задание.
– Я хотел спасти тебя, а в итоге это ты пришла мне на помощь, – вздохнул Ройбен. – Если бы ты не предупредила меня насчет Этин, я бы исполнил ожидания Силариэль.
Кайя опустила голову, пряча зардевшееся от удовольствия лицо. Она сунула руки в карманы пальто и с удивлением наткнулась пальцами на прохладный металлический обруч.
– Я сделала для тебя кое-что, – сказала Кайя, вытаскивая браслет. Косичку их зеленых волос, обернутую серебряной проволокой.
– Твои волосы? – спросил Ройбен.
– Это памятный подарок, – объяснила она. – Дар леди своему рыцарю. Чтобы ты носил его, когда меня не будет рядом. Я собиралась подарить его раньше, но так и не смогла решиться.
Ройбен провел пальцами по браслету и удивленно посмотрел на Кайю:
– Ты сама сделала его? Для меня?
Она кивнула. Ройбен протянул руку, предлагая надеть на нее браслет. Кожа его пылала под легкими касаниями пальцев Кайи.
На противоположном берегу, где-то над городом, взорвались фейерверки. Их вспышки отражались в воде. Полосы огня вздымались в воздух, искрами рассыпаясь в небе. Они были повсюду. Кайя посмотрела на Ройбена, но он по-прежнему не отводил взгляда от своего запястья.
– Ты сказала, что это подарок на то время, когда тебя не будет рядом. Разве такое случится? – спросил он, поднимая голову.
Кайя подумала о фейри с совиными глазами, которого она встретила на острове Силариэль, вспомнила его слова: «Говорят, безымянные вещи постоянно меняются – имена пришпиливают их к месту подобно булавкам». Кайя не хотела оставаться пришпиленной к одному месту. Она не собиралась притворяться человеком, но и покидать мир смертных не желала. Она не хотела принадлежать одному месту, не хотела всегда быть одинаковой.
– Как же ты будешь управлять обоими дворами? – вместо ответа спросила она.
Ройбен покачал головой.
– Постараюсь успевать и там, и тут, как можно дольше балансируя на лезвие ножа. Мир будет сохраняться до тех пор, пока у меня хватит сил удержать его. Если, конечно, я не объявлю войну самому себе.
– А такое возможно?
– Должен признать, иногда я сам себе противен, – улыбнулся он.
– А я хочу открыть кофейню, – выпалила Кайя. – В Железных землях. Буду, как Луис, помогать людям решать проблемы с фейри. Или помогать фейри решать проблемы… с фейри. Наверное.
– Если не помнишь, я только что заключил с изгнанниками очень выгодную сделку, предполагающую, что ни один фейри не пожелает жить в городе.
Ройбен вздохнул и покачал головой, словно понял, что спорить с Кайей бессмысленно.
– Как назовешь свою кофейню?
– «Луна в чашке», – ответила она. – Возможно. Еще не знаю. А еще я подумала, что можно было бы съехать от бабушки и половину времени проводить, работая в кафе, а вторую в Фейриленде, с тобой. Если ты, конечно, не против моего присутствия.
Ройбен улыбнулся. Настоящей, светлой улыбкой без тени печали.
– Как Персефона?
– Кто? – Кайя шагнула к Ройбену и скользнула рукой под пальто, проводя пальцами по его позвоночнику. У него перехватило дыхание.
Ройбен невесомо, неуверенно опустил ладонь на спину девушки чуть ниже лопаток. И глубоко вздохнул, словно до этого старался не дышать вовсе.
