— Это когда все делается по правилам. Все. Вообще все. Из-за чего дела встают колом или тонут в волоките и мелочных придирках. Ведь у закона есть буква, а есть дух. Буква крайне ограничена. Поэтому не нужно забывать про личную мотивацию людей. Мало ли что там губернатор прикажет? Может это из-за его головотяпства беда и случилась. Кто его в этом случае слушать станет? Особенно если дела происходят вдали от столицы. Ведь как известно, чем глубже в лес, тем толще партизаны.
— Хм… — нервно усмехнулся Дубельт.
— Разбойники, стихийные бунты и прочее. Эти вопросы можно будет решать местными силами, не привлекая войск и не гоняя их. Кроме того, этот шаг создаст в России большой рынок стрелкового оружия. Что, в свою очередь, позволит бурно развивать его производство. Ну и готовить контингенты, обученные им пользоваться. На случай большой войны.
— Я поговорю с Государем, но не уверен.
— Просто скажите ему, что если бы у Фридриха-Вильгельма были верные ему вооруженные граждане, то он мог бы их вывести на улицы города и организовать пикеты. Прикрыв мосты и склады от всяческих проказ.
— Это все можно сделать полицией и армией.
— Можно. Но ей придется много платить, ведь людей-то вон сколько потребуется. Притом денег уйдет вдвое, так как служилые все это время не будут трудиться по хозяйству и наполнять казну налогами, пошлинами и прочими сборами. Кроме того, если набирать такие большие штаты полиции, то ее не получится нормально обучить, отчего ее качества упадут совершенно.
— Вы думаете?
— Уверен. У нас ведь есть вполне обычные законы сохранения материи и энергии. И правило квадрата-куба, которое с натяжкой можно экстраполировать и на социальные процессы. Так что… — развел он руками. — Тут вообще нужно помнить, что если за Государя будет горой вооруженный народ, то у всяких мерзавцев ничего не получится.
— А если он будет против Государя этот вооруженный народ?
— То это станет означать, что Всевышний отвернулся от него, как в свое время от Павла Петровича.
— Хм… — нервно хмыкнул Дубельт.
Посмотрел на листки, исписанные убористым почерком. В целом получалось интересно. Крайне интересно. Особенно из-за определенных пересечений с идеями призывной армии, которые с подачи Дмитрия Алексеевича Милютина уже добрые полгода обсуждали на самом верху.
Да, пока казна не могла себе такое позволить.
Дорого это — призывная армия.
Но в перспективе… можно было бы формировать территориальную оборону из таких вот отслуживших срочников. Заодно организуя их обучения и некоторую связанность. Переложив на них довольно большое количество дополнительных функций…
[1] Николай Николаевич Толстой (1823–1860) старший сын Николая Ильича Толстого и самый старший брат Льва Николаевича. Много и плодотворно помогал Льву в его бизнес-проектах.
[2] По своему виду East Indiaman очень напоминали линейные парусные корабли, с которыми их порой путали пираты. Только вооружались прям символично, команду имели маленькую и толщину бортов скромную. А так, в сущности, являлись таким же развитием галеона, что и военные корабли, параллельным. Их ценность заключалась во вместимости — самой большой на начало XIX века и приспособленности к дальним плаваниям.
[3] Яков Петрович Бакланов (1809–1873) — один из самых ярких и результативных полевых командиров русской армии на Кавказе времен Кавказской войны. Командовал казаки. По своим личным данным и кондициям представлял собой рослого, крупного и аномально сильного человека, крайне опасного в ближнем бою. Это не считая везения. Любил ходить в бой под личным черным стягом.
[4] Лев случайно наткнулся на гамбузий. Изучал каталоги речной живности рек США, прикидывая — что оттуда можно взять и применить. Ну и наткнулся на этих рыбок. Битый месяц думал, пытаясь вспомнить, где он о них и что слышал. Пока ему не пришло описание их рациона и образа жизни. Тут-то его и озарило — в памяти всплыло, что их использовали для борьбы с комарами и малярией. Причем не только на восточном побережье Черного моря, а во многих местах мира.
[5] Здесь автор описывал ипотечный кризис конца 1870-х — начала 1880-х в Германской империи, из-за которого Германия последующие два десятилетия выбиралась из тяжелого кризиса, в который вляпалась из-за этой всей истории. Любые иные совпадения просто совпадения. Вам просто показалось.
— Ну-с, братцы, — произнес Леонтий Васильевич Дубельт, прохаживаясь мимо строя ирландцев. — Кто хочет поработать?
— Вы, господин генерал, шутить изволите? — спросил один из них, тот, что уже добрый год в России проживал.
— И да, и нет. — совершенно невозмутимо ответил начальник Третьего отделения, оглядев его с головы до ног…
Сложный контингент.
Между Россией и Ирландией теперь почти постоянно курсировали корабли. В удобную навигацию идя до Санкт-Петербурга, а когда лед вставал, то до Кёнигсберга, используя этот прусский порт как перевалочную базу.
Круглый год.
