– Я наполовину дриада, – отвечает Алдер. Голос у неё нежный, мелодичный, будто у существа из другого мира. Она медленно поворачивает голову и пристально вглядывается мне в лицо. – Лес многое поведал мне о тебе, Эллорен Гарднер.
– Деревья принимают меня за новую Чёрную Ведьму, – сухо отвечаю я. – Они ошибаются.
– Лес с тобой не согласен, – не отводя глаз, говорит гостья.
Я устало вздыхаю.
– Будь я Чёрной Ведьмой, спасти шелки с моей магией было бы гораздо легче, тебе не кажется?
Она по-прежнему стоит не шевелясь и не мигая, будто вросла в пол.
Шёпотом выругавшись, Валаска бросает на спутницу нетерпеливый взгляд.
– Ксан, раз уж деревья пока не сбежались помочь нам спасти шелки, давай пропустим их мнение мимо ушей, – говорит она и решительно поворачивается ко мне: – Я хочу встретиться с вашими мужчинами.
Мы втроём ошеломлённо распахиваем глаза.
– С мужчинами? – уточняю я, склонив голову набок.
По лицу Валаски пробегает тень раздражения.
– Да, – резко отвечает она. – С теми, кто ходил в таверны и разговаривал с шелки.
– Но я думала…
– Знаю, – обрывает меня Валаска. – А я думаю, что нам не помешает поговорить с ними до начала операции.
Валаска явно чувствует себя не в своей тарелке – ведь чародейка нарушает запрет. И втянула в это Алдер. Если амазы узнают, зачем Валаска пришла в Северную башню, им с Алдер не поздоровится.
Их могут навсегда изгнать из страны амазов.
– Мы найдём их, – говорю я. – И они ответят на все ваши вопросы.
Мы собираемся в новом жилище Андраса, которое он построил в лесной глуши неподалёку от пещеры, где пряталась Нага. Похожие дома я видела в городе амазов – круглые с купольной крышей. Комнату согревает железная печь, установленная посередине комнаты.
Алдер настороженно разглядывает мужчин и тлеющие в печи поленья, пока Валаска по очереди приветствует моих братьев, Гарета и Айвена. Её глаза решительно сверкают. Поразительно! Она пожимает им руки! Насколько я помню, амазам строжайше запрещено касаться мужчин, кроме тех, с кем воительницы встречаются во время обрядов плодородия, но даже тогда им настоятельно советуют не смотреть мужчинам в глаза. У меня перед глазами вдруг встаёт мой профессор математики, который отказывался смотреть на Ариэль, уверяя, что так избегает скверны. И другие преподаватели – альфсигрские эльфы и гарднерийцы, отводившие глаза при встрече с Винтер.
Это те же самые предрассудки. Хорошо, что Валаска не следует этим правилам.
В последнюю очередь чародейка подходит к Андрасу, и мы замираем, когда она смотрит ему в лицо. Воздух между ними сгущается. Мы все прекрасно понимаем, что для Андраса Валаска существо из другого мира, одна из тех, кто его отверг ещё при рождении.
Валаска протягивает ему руку.
– Добрая встреча, Андрас Воля, – многозначительно произносит она.
Андрас пожимает ей руку и говорит несколько слов, похожих на официальное приветствие, на чужом языке. Валаска благодарно, с уважением кивает и повторяет его слова.
Мы с Айвеном удивлённо переглядываемся, восхищаясь необычным поворотом событий. Уголки губ Айвена приподнимаются в лёгкой улыбке, от которой у меня становится тепло на душе.
Андрас приглашает всех устроиться поудобнее. Диана садится в стороне ото всех, окидывая Алдер изучающим взглядом, будто примериваясь. Тьерни устраивается рядом с Андрасом и тоже устремляет взгляд на Алдер, явно поражённая встречей с настоящей незачарованной феей.
Феям у нас, в Западных землях, появляться очень опасно.
По-видимому, Валаска и Алдер добирались к нам тайными тропами – пограничный патруль наверняка без лишних церемоний арестовал бы Алдер. С другой стороны, большинство дорог охраняют чародейки ву трин, которые напрямую не подчиняются законам Гарднерии и не стали бы задерживать фей, даже чтобы угодить своему правительству и не провоцировать гнев гарднерийцев.
Айвен пересекает комнату и садится рядом со мной. Вот так, у всех на глазах, и я свечусь от счастья, а сердце стучит ровно и радостно. От взгляда Айвена вспыхивают мои линии огня. Он так близко, почти касается своим плечом моего… до меня долетает его тепло и необыкновенный воспламеняющий аромат. Придвинувшись чуть ближе, я незаметно касаюсь мизинцем ладони Айвена.
Мы тайком переплетаем пальцы, нарушая все возможные границы, и мои линии огня разгораются сильнее.
– Итак, вот как обстоят наши дела, – произносит Валаска, и, даже прислушиваясь к её голосу, я ни на секунду не забываю о присутствии Айвена, постоянно ощущаю его близость.
Валаска со вздохом проводит пятернёй по торчащим во все стороны волосам.
– Королеве Алкайе неизвестно, что я здесь, и я буду вам очень благодарна, если она не узнает о нашем разговоре. – Валаска качает головой и, глядя себе под ноги, кривит губы, будто продолжает безмолвный спор сама с собой. – Я люблю мой народ, однако некоторые наши традиции граничат с глупостью. Если уж мне поручено возглавить спасательную операцию и вытащить из Гарднерии несчастных шелки, имеет смысл встретиться и опросить тех, кто воочию видел таверны и бывал в них. Даже если это мужчины.
