Валаска умолкает и переводит взгляд на потолок. С её губ в пустоту срывается череда, ибо слова чародейки не нацелены ни на кого конкретно.
– Из-за подобных глупостей гарднерийцам и удалось многократно расширить свою территорию во времена Войны миров, – обводя нас пылающим взглядом, заявляет Валаска.
Мне вдруг становится не по себе, и, оторвавшись от Айвена, я спрашиваю:
– То есть освобождением шелки будешь руководить ты?
Валаска устремляет на меня тяжёлый взгляд:
– Да. Я занимаю высокий пост в королевской гвардии.
– Насколько высокий? – ошеломлённо уточняю я.
Мгновение поколебавшись, Валаска отвечает, насмешливо приподняв правую бровь:
– Я командую гвардией.
О Древнейший и священные небеса!
– Так вот почему Алкиппа отступила в тот вечер, когда собиралась убить нас!
– Алкиппа, может, физически и сильнее меня, однако с рунами я управляюсь куда лучше. Она мне не соперница.
– И ты могла бы победить её даже тем маленьким руническим кинжалом?
– Я могла бы победить любого из собравшихся здесь тем маленьким руническим кинжалом, – насмешливо улыбается Валаска и вдруг указывает на Диану. – Кроме, пожалуй, ликанки.
– Я маг пятого уровня, – сообщает Тристан, указывая на свою волшебную палочку. – Полагаю, мы могли бы потягаться на равных.
– Руническое лезвие прекрасно отбивает заклинания, – непринуждённо парирует Валаска, – включая сложные многоуровневые чары на основе стихий.
– Всё ясно – сдаюсь, – кивает Тристан.
Я всё ещё недоверчиво кручу головой.
– Но ты же говорила, что… пасёшь коз?
– Так и есть, – слегка раздражённо отвечает Валаска. – Я пасу коз. И командую королевской гвардией.
Что ж, это многое проясняет. Например, понятно, почему Фрейя выделила мне в охранницы Валаску. И почему Валаска одевалась и выглядела так незаметно, когда мы были у амазов. Они хотели, чтобы я её недооценивала.
– Что, амазы и правда считали, что я несу опасность? – мрачно спрашиваю я.
Валаска задумчиво смотрит на меня, решая, что ответить.
– Да, Эллорен, – наконец произносит она извиняющимся тоном. – Всё верно. Надо было рассказать тебе правду, когда у меня не осталось сомнений в твоей истинной сути. Прости меня.
Да, могла бы и сказать, прежде чем мы напились и поделились друг с другом сокровенным.
Хотя… какая разница? Валаска пришла к нам. Нарушила законы своего народа, чтобы помочь Марине и всем шелки.
– Не извиняйся, не надо, – отвечаю я. – Я тебе очень благодарна. И очень ценю твою помощь шелки.
Слегка нахмурившись, Валаска отвечает неожиданно сурово:
– Тебе не за что благодарить меня, Эллорен Гарднер. Борьба против несправедливости – это величайший дар Богини.
Я молча киваю, и Валаска улыбается мне в ответ.
– Вам понадобится прикрытие магической силы? – спрашивает Тристан. Его глаза сверкают сталью. – Я буду счастлив пойти с вами и превратить в пепел хотя бы одну из этих таверн.
– Спасибо, Тристан Гарднер. – Валаска уважительно кивает, бросив острый взгляд на пять серебристых полос на мундире моего брата. – К сожалению, амазы не допускают мужчин к участию в военных операциях.
Тристан, не мигая, отвечает на взгляд Валаски.
– Дайте знать, если вдруг передумаете.
– Мне понадобится ваша помощь, но в другом, – объясняет Валаска. – Обрисуйте мне расположение помещений в каждой таверне: где хранят шкуры, сколько охранников у дверей и у каких именно, кто чем вооружён…
– Шкуры сложены в ящики из эльфийской стали, – сообщает Айвен.
– И эти ящики заперты, – добавляет Гарет. – Они стоят в кладовых под замком.
Валаска презрительно фыркает:
– Замки нам не помеха. Справимся.
– Каждую таверну охраняют двое или трое магов четвёртого уровня, – сообщает Рейф.
Валаска задумчиво кивает.
– Мы сплетём руническую сеть и ослабим их магические силы. С этого и начнём. Так где стоят эти охранники?
Тристан, Рейф, Гарет и Айвен целый час подробно рассказывают, где находятся кладовые, по каким дням и в какие часы в тавернах меньше всего посетителей, когда охранники покидают свои посты, и перечисляют ещё множество мелких деталей.
– Как там Марина? – спрашивает Гарет, когда обсуждение почти закончено. В его голосе легко расслышать нотки беспокойства и печали.
Представляю, как ему тяжело – единственное существо на всём свете, которое его понимает, скоро навсегда исчезнет из его жизни.
– Марина в порядке, – уверяет Валаска Гарета. – Наши лучшие властительницы рун проводят с ней много времени, пытаясь искоренить заклятие, влекущее шелки на берег. Необходимо полностью освободить шелки от неволи – сейчас и навсегда.
– Я хочу драться вместе с вами, – говорит Диана, яростно сверкая янтарными глазами.
– Мне понятно твоё нетерпение, Диана Ульрих, – отвечает чародейка. – Однако это опасно. Ты дочь вождя стаи. Твоё участие в вылазке может иметь очень далеко идущие последствия. А твой отец, насколько мне известно, всеми силами пытается избежать открытого военного столкновения с гарднерийцами из-за пограничных территорий.
