Помимо аристократии, внутри толпились и простые жители города, которых пригласили специально к началу церемонии. Лавочники, мясники, домохозяйки, торговцы, ремесленники жались к стенам коридоров, вставали на цыпочки, чтобы хоть глазком посмотреть на Претендентов.
И их взгляды давили. Они не были злыми, даже наоборот, я слышала приветствия и слова поддержки, но я также чувствовала надежду, с которой на меня смотрели, чувствовала их веру в меня, и эти чувства тяжким грузом ложились на мои плечи. Я боялась, что не оправдаю их ожиданий. Я боялась, что не оправдаю ожиданий своих родных. И еще больше я боялась, что не оправдаю собственных.
Круглый Зал был совсем небольшим. В абсолютно круглой комнате не было окон. Лишь через застекленное отверстие далеко в потолке пробивались солнечные лучи и освещали все помещение. Голые стены были выложены серым камнем. В равных промежутках друг от друга висели факелы, но сейчас ни один из них не горел.
В Зал вели две пары двустворчатых дверей. Одни, те, через которые я вошла, остались за моей спиной, а другие были прямо передо мной. Но куда они вели, я не знала.
Я сделала несколько шагов вперед и заняла свое место в кругу Претендентов. Я прибыла последней, и мое сердце сжалось, когда я так ясно увидела, насколько мало нас осталось. До Выбора добралось всего девять из нас. И в этом отчасти была виновата я.
Я была несколько удивлена, увидев здесь Мирабель и Глэна. Оказалось, девушка все же не умерла на Арене. Сейчас она сверлила меня взглядом, полным ненависти. Я знала, что она никогда не простит мне смерти Селии, с которой они подружились за время Восхождения. Но еще я знала, что не смогу забыть убийство Аники. Нам суждено стать врагами.
Глэн, в свою очередь, непрочно стоял на ногах, невольно вновь и вновь ощупывая место, куда я вонзила свой нож, и старался ни с кем не встречаться глазами. Почему-то мне казалось, что моего взгляда он избегал особенно тщательно. Возможно, во время Третьего Испытания именно я оказалась его страхом?
Мысль должна была предать мне сил, даже доставить удовольствие, но я чувствовала лишь жалость и желание, чтобы все поскорее закончилось.
«Ах, Аника, если бы ты была здесь, то смогла бы заставить меня смеяться».
Но моей подруги здесь не было. Ее вообще больше не было.
Я несколько раз моргнула, отгоняя непрошенные слезы, и оглянулась, пытаясь рассмотреть всех. Лица Претендентов были мрачными, у некоторых покраснели глаза, как будто они всю ночь не спали. Или плакали. У Артура, стоявшего недалеко от меня, в ярко рыжих волосах белела абсолютно седая прядь. Видимо, их ночь была не лучше моей.
Я встретилась взглядами с Северином. Он стоял прямо напротив меня. Парень едва заметно улыбнулся, и от этой улыбки по телу разлилось тепло. Но в следующую секунду мое внимание привлек тусклый блеск. На голове юноши лежал золотой венок. Северин выиграл Третье Испытание. На смену приятному жару пришел нестерпимый холод.
Он стал третьим Чемпионом и теперь может претендовать на Корону, которой никогда не желал. К которой и я теперь не стремилась.
Я еще раз внимательно оглядела парня и заметила на его лице явные признаки истощения. Бледнее чем обычно, глаза и щеки запали, но Северин все равно держался уверено и прямо. Мне невольно захотелось узнать, что он увидел в своей «комнате страха», но я так же знала, что никогда не посмею спросить.
Я отвела взгляд. Несмотря на то, что произошло в моей спальне, я не хотела, чтобы у него или у меня возникала надежда на другой исход, особенно теперь, когда любой из нас мог получить Корону. Да, парень был мне дорог, и только мысли о нем позволили мне пройти Третье Испытание, но все же я была воспитана, чтобы стать следующей Королевой. А у Королев нет мужей.
В Круглый Зал не проникали звуки снаружи. Здесь стояла абсолютная тишина. Претенденты молчали, и я не спешила прерывать это безмолвие. Напряжение висело в воздухе, поэтому я решила, что будет лучше ни на кого не смотреть.
Наконец, тихий щелчок разрушил наше оцепенение. Двойные двери напротив беззвучно распахнулись, и внутрь вплыла Королева.
Мне показалось, что я на миг забыла, как дышать. Если Королева обычно выглядела красивой, то сегодня она была просто ослепительна. Идеально белоснежное платье ярко сияло и переливалось в лучах солнца, падающих из окна в потолке. Длинный тонкий шлейф струился за женщиной, ловя каждый крохотный поток воздуха и будто живя своей собственной жизнью. Светлые волосы были собраны в пучок на затылке и украшены узкими гребнями с драгоценными камнями.
Как мне хотелось быть похожей на нее! Я вдруг ясно осознала все свои недостатки: красные от слез глаза, опущенные от усталости плечи, и наконец, ужасный шрам, уродующий шею.
Я заставила себя выпрямиться и расправить плечи. Заставила себя забыть о страхе неопределенности, о страхе проигрыша, о страхе одиночества. Заставила себя помнить, что несмотря на всю свою красоту и мудрость, эта женщина не смогла спасти Серраннон от грядущей войны.
