Запасную лошадь пристегнул к седлу своего коня. Двинулся в село. Наступал вечер. По пути заглянул в тайник, где хранил вещи, а порой и продукты. Подошёл и к мешку из телячьей кожи с шевелящимися там существами. Ткнул палкой. Змеи злобно зашипели. Этот мешок тоже пристегнул к седлу.
К сумеркам поднялся туман. В метре ничего не было видно. На половине пути был вынужден переночевать в одной из пещер, где обычно чабаны останавливались в непогоду. К восходу солнца добрался домой. Когда ступил во двор, жена с ведром выходила на дойку.
Тагир весело поздоровался с ней, обнял, поцеловал в щёку.
– А я, дорогая, прискакал по твоей просьбе. Собирайся в горы за конским щавелём.
Снял с луки седла хурджины. Из них в тамбур стал выкладывать головки овечьего сыра, сметану, мясо…
– Это тебе, – посмотрел поверх её головы.
Когда муж заговорил о поездке в горы, Зухра изменилась в лице. По поменявшемуся настроению было понятно, что в горы ей не хочется. Тагир притворился, что не заметил недовольства жены:
– Милая, готовься, иначе будет поздно. Завтра мы перегоняем отару овец туда, где растёт конский щавель. Запоздаем, овцы всё потравят… – Краем глаза следил за её реакцией. – Моему другу Аслану тоже решил сделать хороший подарок… Он любит охотиться на диких кур. Так вот, я заприметил берёзовую рощу, где гнездится целая колония.
При упоминании Аслана веки жены дрогнули, алая краска поплыла по лицу. Она отвернулась, чтобы муж не заметил, как на это имя отреагировали её глаза.
– Если не хочешь, чтобы с нами был Аслан, могу позвать его и в другой раз. – Тагир ждал, что ответит жена.
– Нет, почему же? Аслан – твой друг. Зови, если хочешь…
«Всё, блудница, попалась. – Тагир еле сдерживался, чтобы не влепить ей пощёчину. – Глянь, какого аспида у себя на груди пригревал! Ничего, возмездие не за горами! Недолго осталось вам смеяться над моей честью, честью морского офицера!» – с трудом гасил в сердце ярость.
Аслан обрадовался приглашению друга. Он был уверен, что сосед о его тайной связи с женой ничего не знает. Быстро собрался, оседлал коня. С ружьём и патронташем он поджидал супругов у их ворот. Верхом умчали в горы.
Когда добрались на намеченное место, часы показывали десять утра. Солнце беспощадно палило. Зухра спешилась, укрылась в тени берёзы. Её мучила жажда. Тагир выбрал место для пикника недалеко от своего тайника, под огромной берёзой, рядом с родником. А невдалеке протекал один из притоков реки Рубас. Мужчины решили слегка перекусить, выпить. Затем они отправятся отстреливать диких кур. А Зухра недалеко от стоянки соберёт конского щавеля.
Жена, хоть и устала с дальней дороги, была в хорошем расположении духа. Отдышалась, спустилась к роднику, освежила лицо, руки, ноги, утолила жажду.
Мужчины разожгли костёр, вскипятили чай. Поставили на угли первую партию шашлыка из баранины. Сели, перекусили. После завтрака Тагир отвёл жену на место, где рос конский щавель. Вернулся обратно. И, прихватив ружья, они отправились с Асланом в берёзовую рощу.
Первые же выстрелы Тагира дуплетом оказались удачными: сбил с веток берёзы двух увлёкшихся состязанием петухов. Предупредил Аслана: пока он охотится, пойдёт подготовится к пикнику. Достал из тайника всё необходимое: мясо, банки с наливкой, сыр, другие продукты.
Через час с дальнего конца рощи дуплетом раздались выстрелы, через некоторое время – ещё и ещё. Вскоре с тремя петухами на ремне возвратился довольный Аслан.
Спустя полчаса вернулась и Зухра с полным мешком конского щавеля. К её приходу на скатерти, расстеленной у родника, мужем всё было разложено. В казане томилось жаркое, рядом готовился чабанский хинкал, на углях жарился шашлык. В лунке, вырытой на дне родника, остывала минеральная вода, пиво, а в трёхлитровом баллоне охлаждалась наливка «Змейка Насреддина».
Мужчины пропустили по одной чарке, закусив горячим жарким. Аслану наливка понравилась:
– Мне никогда не приходилось пробовать такую вкусную и крепкую наливку. И пьётся хорошо, и согревает душу.
– В точку попал, брат! – поддержал Тагир.
Друзья пропустили ещё по одной чарке. Аслан так растрогался, что включил магнитофон и пустился в пляс перед семейной парой. А Зухра, как только Аслан вышел на танец, встала и скрылась за берёзами. Как бы он под хмельком не пригласил её перед мужем на танец!
«В танце тебе не хватает напарницы! – язвительно усмехнулся оскорблённый муж. – Не торопись, дружище, вскоре с тобой в танце живота задом потрясёт и напарница!»
А Зухра ополоснулась в речке, освежилась после сбора конского щавеля, переоделась. Вернулась вся сияющая.
«Искупалась? Хорошо. Перед Всевышним предстанешь чистой», – сузились зрачки мужа.
Заулыбался, усаживая жену рядом с собой. Наполнил чарки, передал жене минеральной воды, попросил минутку внимания:
– Аслан, друг мой, – из рук в руки передал чарку с содержимым, – выпьем за природу, за её прелесть. За то, что она людей, делающих добро и приносящих им горе, одинаково терпит на своей спине. Будь здоров!
Зухра метнула на мужа подозрительный взгляд. Что-то он заговорил загадками. К чему бы это?
