Саид довёз девушек с ветерком на место предстоящего пикника, где с Мусой заранее подобрал небольшую красивую поляну, окружённую дубравой, рядом со своей пещерой. Чистое, тихое место, откуда не слышно ни гула артиллерийской канонады, ни звяканья гусениц боевой техники, ни командных голосов военных. Рядом протекала река Гаргар-чай. За рекой раскинулись пастбища, где паслись овцы и коровы. За пастбищами зеленели луга. Над лугами возвышались пики гор.
Был жаркий июньский день. Небо было чистым, без единого облака.
У мангала возился молчаливый азербайджанец. Рядом с мангалом в эмалированных кастрюлях для шашлыка томились баранина, рыба, индюшатина. На треножниках в казанах что-то булькало, жарилось, парилось.
Девушки захотели освежиться. Ребята отвели их к реке. Кристально чистая вода, весело журча, бежала по цветастой гальке меж валунами, отражая небо. Фарида засмотрелась на реку, мыслями уносясь с её течением. Не заметила, как, увлекаемая течением реки, чуть не свалилась в воду. Саид подхватил девушку, привлёк к себе. Они невольно прикоснулись друг к другу кончиками носов, губами, заворожённо уставились глаза в глаза. У неё подкосились ноги. У него задёргался кадык; он стал усиленно сглатывать.
Фарида, придя в себя, шёпотом поблагодарила, сконфуженно высвобождаясь из его объятий. Присела на валун рядом, задумчиво черпая из реки воду одной рукой, брызгая себе в лицо. Рядом дурачились Муса с Альбиной.
Пока поспевало горячее, Саид предложил девушкам слегка перекусить. Они, переглянувшись между собой, согласились.
Подошли к накрытому столу. На тарелках из тонкого фарфора лежали красиво сервированные балык из сёмги, красная, чёрная икра, сливочное масло, колбасные изделия, разные консервы, зелень… На столе находились дорогие напитки: армянский коньяк, виски, французские вина. По обеим сторонам стола были расставлены дорогие мягкие стулья. Фарида, перед тем как присесть, проверяя мягкость, поражённо думала, откуда в такой глухомани появились столь изысканные стулья. Даже огляделась, нет ли рядом мебельного магазина. Девушек усадили по одну сторону стола, мужчины сели напротив.
Саид разлил армянский коньяк по хрустальным фужерам, приговаривая:
– Друзья, приглашаю познакомиться поближе, как белые люди. Я – Саид, внук табасаранского бека.
Фарида минуту назад чуть не залюбовалась Саидом, а теперь метнула на него настороженный взгляд. Ей вновь не понравился кичливый тон этого самовлюблённого абрека. Её лицо исказила гримаса. Покойная бабушка часто говорила, что в её жилах течёт голубая кровь. И Фарида не сдержалась:
– Если ты внук бека, тогда я – ассирийская царица Семирамида! – Притворяясь, что не заметила фужер, который Саид протянул, чтобы чокнуться с ней, залпом, не моргнув глазом, выпила содержимое.
У Саида в глазах замерцали мстительные огоньки: «Чтобы какая-то б…дь игнорировала первого парня, и не только в Агдаме? Отвергла туза, перед которым в тюремной камере дёргались и бугры, и блатные?! Такое не прощается!»
Заскрипел зубами. Наполнил свой бокал до краёв. Ни на кого не глядя, проглотил молча содержимое тремя глотками. Не закусил. У него нервно затряслись пальцы. Заискрились глаза. Потянулся к сигарете, чтобы успокоиться. Прикурил, отбросил зажигалку… Саид почуял, что с самого начала пикник не заладился.
Альбина, видя чёртиков, разыгравшихся в глазах Саида, застыла с недопитым бокалом. Саид менялся в лице. Такими она видела боевиков, без оглядки потрошивших ножами женщин и детей. В животе у неё похолодело, затем что-то хрустнуло. Шёпотом на ухо отчитала подругу, которая зря грубо обошлась с дагестанцем, столь щедро одарившим их подарками. Работая в ресторане, в последнее время она не видела ни от кого такой щедрости. Теперь жди неприятностей.
С табасаранцами Альбина была хорошо знакома по Дербенту. Они очень гостеприимные ребята, мирные, не любящие скандалов. Только не знала, откуда Саид такой взялся. Альбина, желая сгладить недоразумение, попросила, чтобы наполнили фужеры. Саид пытался справиться с нервами. Муса выполнил её просьбу. Альбина встала, чокнулась с Мусой, Саидом, обняла Фариду за плечи, попросила слова. Саид согласно кивнул.
– Прости, уважаемый Саид, вчера у подружки на работе был напряжённый вечер. В ресторане сидели вооружённые люди, которые всё время хватались за стволы. Фарида всё ещё остаётся под тем впечатлением. – Чмокнула подружку в щёчку. – Она сожалеет, что невежливо обошлась с внуком бека. Не только по рассказам наших предков, но и по своему опыту знаем о душевной щедрости, гостеприимстве вашего народа. Знаем, насколько мужественны табасаранские джигиты, преданы дружбе. Наши предки, наш народ хорошо помнят таваспаров со времён Кавказской Албании. Табасараны и армяне плечом к плечу сражались с хазарами, напавшими на Кавказскую Албанию, Армению. О воинах-табасаранах мне не раз рассказывал наш дедушка. Саид, я хочу поднять этот бокал за тебя, в твоём лице за весь Табасаран. Хочу выпить за мир и покой в нашем кавказском доме.
