Муса почувствовал, что Саида стало отпускать: злобный оскал, расслабляясь, превращался в улыбку. Из глаз исчез враждебный блеск, щёки разрумянились. У Мусы словно гора с плеч свалилась. Фарида, интуитивно чувствуя состояние Саида, шёпотом произнося страстные слова, заиграла глазами: «Смотри на меня, бек, они источают страсть. Захочешь, они будут смеяться, улыбаться только тебе!» Артистично протягивая к нему красивые руки с длинными пальцами, ровными ногтями, манила его в свои объятия. Полураскрытые губы, пухлые, жаждущие ласки, тянулись к нему. Танцуя, она стала источать ароматы тела, словно где-то там, внизу живота, раскрывались бутоны роз, распространяя пыльцу. Саид, приободрённый девушкой, всем телом потянулся к ней, порываясь обнять, привлечь к себе. Загадочно улыбаясь, увёртываясь из его требовательных объятий, убегая, она пряталась то за одним выступом пещеры, то за другим.
Подбежала к столу, подхватила поднос с шашлыком, только что снятым с шампуров. Быстрыми движениями поставила на поднос бутылку коньяка, бокалы, забежала в пещеру, расставила их на круглом столе. Саид, подхватив на бегу казан с жареным мясом, последовал за ней. За ними в пещеру забежали и Муса с Альбиной.
Пир возобновился с новой безумной энергией.
Саиду не понравилось, как Муса разливает коньяк. Он выхватил бутылку из его рук, себе долил до краёв. Выпили. Саид пьянел. Вновь стал меняться в лице. В глазах заиграли дикие огни. Рука тянулась к кинжалу, висевшему на шее. Он стал странно улыбаться, уставившись на Альбину. Девушка ёжилась под его взглядом, чувствуя: сейчас произойдёт что-то страшное.
Саид что-то вспомнил, вышел. Альбина облегчённо выдохнула. Но Саид вернулся с магнитофоном. Поставил кассету с арабской музыкой, под которую восточные красавицы исполняют танец живота. Закрыл вход в пещеру огромной круглой дубовой дверью с задвижками. Подошёл к Альбине, загадочно улыбаясь:
– Ты, Альбина, кажется, под такую музыку в ресторане привыкла раздеваться догола. Разденься и перед нами!
Альбина пугливо стала отступать к двери. Саид бросил ей в лицо:
– Курица, не притворяйся святошей! Будто я таких, как ты, не знаю! – Он брал девушку на испуг. – Теперь передо мной раскроешь свой талант. Ты, Фарида, – обхватил её за шею, приблизил её лицо к своему, – будешь ждать часа своей фортуны!
Фарида видела, что утихший было шторм начинает яриться с новой силой. Взгляд её затуманился, на ресницы выступили слезинки. Она трясущимися пальцами пощупала на груди, под молнией куртки, кинжал, что всё время носила на шее.
Муса окончательно понял: кровавая игра друга неминуема. Он даже будто увидел на руках Саида капли крови. Теперь он не успокоится, пока не выпустит одной из девушек кишки. Спортивная футболка Мусы прилипла к спине. Неожиданно он стал безразличен ко всему. И всё же, пересиливая слабость в теле, молитвенно склонившись, обратился к Саиду:
– Саид, дружище… прошу тебя, не дури… Зачем тебе танец живота? Такой хороший день… Девчонки, выпивка, музыка… Там, в другом гроте пещеры, тебя дожидается застеленная кровать… Тебя согреет классная девчонка… Остаётся поднять её на руки и отнеси туда… Такая девчонка желает с тобой переспать…
– Ты, губошлёп, – Саид бросил на него злобный взгляд, – вообще бы замолчал! Если желаешь, чтобы твоя бикса не окочурилась, помоги ей быстрее раздеться! Иначе, – выхватил из ножен кинжал, приложил к шее Альбины, – скоро она будет бултыхаться в крови!
Альбина, почти теряя сознание, умоляюще обратилась к Саиду:
– Саид, миленький, за что?
– За то, что ты – ягнёнок, а я – волк! И мне хочется тебя скушать! – Истерично захохотал.
Он схватил Альбину за волосы, потащил в середину пещеры, выкрикивая:
– Вы оба, ты и ты, – ткнул пальцем в Фариду и Мусу, – сейчас же разденете её! Иначе кровью одного ягнёнка не насыщусь!
Сознание Фариды вдруг заволокло туманом. Ноги подкосились. Она отступила, прижавшись спиной к стене, чтобы не упасть. Когда Саид на мгновение отвлёкся, она резким движением дёрнула молнию на куртке. В её руках засверкало лезвие небольшого кинжала. Фарида с кинжалом в руке бросилась на Саида. Муса не заметил, как Саид змеёй увернулся от неё, а Фарида с выбитым из руки кинжалом оказалась под ним. Он прижал девушку коленом к земле, занеся над ней лезвие своего кинжала.
Фарида захрипела:
– Отпусти, бугай, мне больно! – Зелёными глазами словно ошпарила его.
Саид не отреагировал. Тогда она приникла губами к его уху, что-то быстро нашёптывая. Саид отпустил её, привстал. Фарида вскочила, извиваясь змеёй. Накинулась на Альбину, шлёпая её одной рукой по щеке, другой рукой срывая с неё одежду, нижнее бельё…
– Дура, чего сопротивляешься? Ты же бывшая стриптизёрша! Спасай себе жизнь. Что тебе стоит? Подумаешь! Не первый же раз под музыку раздеваешься перед мужчинами! И не первый раз перед мужчинами вертишь голым задом!
