Какой резкий контраст — оказаться израненным на твердом деревянном полу после того, как нежные губы Тенгена уносили его ввысь, к звездам. Тенген… Ренгоку не может отказать себе в слабом утешении, представляя, что почувствовав неладное, сильный и добрый мужчина вбегает сейчас в темный кабинет Музана, хватает его истерзанное тело и прижимает к своей теплой широкой груди. Юноша как наяву ощущает запах сандалового дерева и такие знакомые пальцы, поддерживающие его готовую взорваться голову. А потом его фантазии идут дальше, и спаситель выносит его отсюда в ночь, чтобы отвести в свой дом, уложить в постель и до самого утра сидеть рядом, оберегая от злых и мерзких людей…
Ренгоку вздыхает и медленно садится, пытаясь унять слезы. Никто не придет, он тут один. Узуя он увидит лишь через пару дней. И он никогда не расскажет этому красивому мужчине, что сделал с ним Музан. Нет, пусть Узуй и дальше видит в нем интересного человека, а не тряпку, о которую любой может вытирать ноги, заплатив сумму, указанную напротив его имени в каталоге. К тому же, Ренгоку боится, что мужчина может начать обвинять себя в случившемся с ним, и это чувство вины рано или поздно оттолкнет его. Нет, пусть судьба подарит им еще хотя бы несколько встреч, о большем Ренгоку не вправе и мечтать.
Не в силах встать, парень ползком собирает разбросанные по полу пакеты, прежде чем предпринимает попытку подняться на дрожащие ноги. Это удается ему легче, чем казалось на первый взгляд, и Ренгоку медленным шагом сначала заходит в спальню Цветов, оставив там подарки, а затем направляется в ванную комнату. Склонившись над раковиной, он изучает в зеркале свое изможденное лицо, после чего умывается, полощет рот и кое-как причесывает спутанные рукой Музана волосы. Что ж, все-таки благодаря природной красоте, парень выглядит не так уж и плохо, посторонний человек скорее подумает, что он просто устал, а не побывал только что на грани жизни и смерти. Красные следы на шее от пальцев душителя скрыть не удастся, но всегда можно отшутиться чрезмерно возбужденным клиентом. Относительно пришедший в себя юноша возвращается в гостиную и приступает к работе.
К концу ночи Ренгоку думает лишь о том, как оказаться в постели, но не может не побаловать своих друзей перед сном. Оказавшись в комнате, он с взволнованной улыбкой начинает рыться в своих сумках.
Однако, прежде чем юноша успевает достать что-либо, он чувствует легкое касание к своему плечу, а обернувшись, встречается глазами с подозрительным взглядом Гию.
«Надеюсь, у этого ублюдка хватит совести больше не появляться здесь? — скрипя зубами от ярости спрашивает молодой мужчина, — Иначе я убью одноглазого сукиного сына».
Ренгоку моргает в замешательстве. О чем это говорит Гию? Внезапно осознав ошибку друга, парень быстро качает головой. «Нет-нет, ты все неправильно понял. Это сделал не Тенген. Наоборот, он был очень добр ко мне. Это… Музан. Я был так глуп, когда поцеловал Тенгена на прощание. Я сам во всем виноват…»
Лицо Гию искажается от гнева. Чертова мразь опять посмела тронуть Ренгоку, когда юноша еще даже не до конца поправился после предыдущего наказания. Ну почему он такой трус и не может пойти и избить Музана так, чтобы эта скотина захлебнулась собственной кровью? Но Гию боится, боится того, что за эту выходку накажут не его. Скорее всего, Музан отыграется на ком-то слабом и дорогом ему, на Сабито, Зеницу или Танджиро. Несправедливо, как же несправедливо! Гию смотрит на ярко-красные следы пальцев на шее Ренгоку, рассеяно думая о том, что скоро они станут черными, и немой угрозой еще долго будут напоминать Цветам о том, что у них нет права на счастье.
«Мне очень жаль», — мягко говорит Гию, потирая шею друга в неудачной попытке унять боль.
«Не переживай, все хорошо, — успокаивает его Ренгоку, — Не убил же он меня, в конце концов».
Гию тяжело вздыхает, в бессилии склонив голову. Ренгоку прекрасно понимает, о чем думает его друг, но они действительно не в силах ничего изменить. Остается лишь смириться с тем, что они просто марионетки в руках своего кукловода. Но по крайней мере, он принес сегодня каждому по крошечному кусочку удовольствия.
«Вот, держи, я купил это для тебя и Сабито», — весело произносит Ренгоку, вкладывая в ладонь парня маленький стеклянный пузырек духов.
Лицо Гию мгновенно озаряет вспышка радости. Этот нежный свежий запах — его третья любимая вещь в мире, после Сабито и опиума. Гию и Сабито никогда не пользовались этими духами, когда выходили к клиентам, этот аромат они берегли только друг для друга. «Это они, те самые, которые пахнут небом? — возбужденно спрашивает темноволосый мужчина, — Сколько я тебе должен?»
Ренгоку машет рукой. «Не беспокойся, это подарок».
Несколько мгновений Гию колеблется, прежде чем ответить: «Спасибо! Но ты слишком добр. Надеюсь, твоя доброта тебя не погубит».
Ренгоку поджимает губы, уставившись в пол и вспоминая о том, что теперь ему придется жить впроголодь. «Я тоже надеюсь», — думает он.