Фрейлина каким-то мифическим способом обнаружила в одном из шкафов поднос и выученными движениями накидала на него холодные закуски, которые Рикардо трепетно перенес на стол, указанный тоненьким пальчиком. Изабелла молча сидела в стороне и ехидно наблюдала за робкими передвижениями по кухне своего почти двухметрового брата, ведомого по любой желаемой траектории едва заметными взмахами ресниц белокурой нимфы.
– А что мы сегодня будем делать? – решила она хоть на секунду отвлечь обреченного трубадура от его непреступной девы, ибо Керолайн за долю секунды успела понять, что Линарес все еще чувствует угрызения совести за вчерашнюю повышенную интонацию, и вцепилась в свое преимущество мертвой хваткой.
– Зорро сказал, что придет только вечером, поэтому оставил дом в нашем распоряжении. Велел мне вас развлекать, – с отверженным видом ответил молодой человек.
– А запасной вариант он не предусмотрел? – не удержавшись, фыркнула Изабелла.
– Предусмотрел, – оскорбленно заявил собеседник. – Еще он показал библиотеку и вторую гостиную.
– Мы тоже хотим посмотреть! – в один голос взвизгнули подруги.
– Сначала – обед… – попытался утвердить свои позиции Линарес, однако, увидев мечущий взор фрейлины, поспешил ретироваться, – поставим греться и пойдем.
Керолайн тут же перетащила все необходимые ингредиенты на горячую поверхность и выжидающе уткнула руки в осиную талию.
– Идем, – махнув рукой, сдался Рикардо.
Сегодня был явно не его день.
Молодые люди увлеченно поглощали без ложной скромности королевский обед, непрерывно обсуждая все, что их окружало. Изабелла и Керолайн за несколько минут полностью обследовали обе открытые для их любопытного взора комнаты и тут же решили устроить обед в новой гостиной. Она была значительно меньше, чем та, в которой они вчера появились на ночном чаепитии, но очень светлая и уютная и совсем не уступала предыдущей в роскоши и удобстве.
Здесь тоже присутствовали дорогие диваны и кресла, приветливо расположившиеся вокруг янтарно-золотого овального стола, а также часы, зеркала, картины и растения в изумительных кашпо, которые являлись, по всей видимости, неотъемлемым атрибутом каждого помещения и обязательно наличествовали в тех или иных сочетаниях по всему дому.
Библиотека же вызвала у Изабеллы невольный вздох восхищения: ее площадь была по крайней мере в полтора раза больше, чем в первом доме, а стеллажи стояли не только вдоль стен, но и тремя поперечными рядами, так что тут вполне можно было провести несколько захватывающих часов в изучении материала, своим качеством и разнообразием удовлетворившим бы самый взыскательный вкус. Керолайн с трудом оторвала подругу от жадного созерцания вкупе с адмиральскими планами по завоеванию содержимого новой территории и утащила ее на обед. От хватательного рефлекса по дороге мимо полок Изабеллу удержала лишь мысль о том, что у нее в комнате еще лежал почти не начатый Коперник, с которым она не расставалась уже больше суток, но никак не могла изыскать возможности продолжить его изучение. Твердо дав себе слово вернуться к нему в самое ближайшее время, Изабелла печально скользнула пальцами по воздуху мимо манящих разноцветных корешков и проследовала за стремительно умчавшейся в сторону гостиной фрейлиной.
Итак, она уже узнала назначение практически всех комнат в этом доме. Если бы она встала сейчас спиной к главному входу, то по левую руку от нее расположилось бы пять дверей. Первые две являлись отданными в их ведение смежными женскими спальнями. За следующей скрывалась большая гостиная. Далее находилась одна все еще закрытая комната и после нее следовала библиотека. На правой стороне коридора было три двери, при этом первая из них находилась на противоположной стороне от гостиной. Таким образом напротив их собственных комнат не было ни одной двери. Возможно, это обусловливалось тем, что каменный массив в этом месте имел другую структуру или здесь не было уже готовых пещер, ведь разветвленная сеть гротов внутри скалы представлялась наиболее логичным объяснением самой возможности существования этого сооружения.
После кухни, которая являлась первым помещением на правой стороне коридора, следовала вторая гостиная – малый зал, негласно закрепивший за собой это название. Завершала череду дверей ванная. То есть неизведанной оставалась всего одна комната, но Изабелла чувствовала, что в ней не скрывалось ничего серьезного. Там могла быть или еще одна спальня, или какое-то небольшое подсобное помещение, потому что соседние двери располагались достаточно близко. Эту же догадку подтверждало и ее воспоминание о схеме устройства первого Подземелья: там также осталось одно закрытое помещение, по предварительным оценкам сходного размера с этим.
