Когда схвативший ребенка волк мчался в свое логово, какой-то охотник подстерег зверя и спас того малыша. Так Хасан стал жить в семье охотника. Другой сын, Хусан, был проглочен огромной рыбой, которая потом была выловлена сетью рыбака, и малыш остался живым. Таким образом Хусан нашел приют в рыбачьей семье.
Со временем Хасан и Хусан отыскали друг друга и часто гуляли вместе. Однажды в той стране по случаю какого-то праздника весь народ высыпал на площадь. Оказалось, что Хасан и Хусан жили по соседству с домом, где проживал один из караванщиков, который увез в сундуке их мать. Этот караванщик не раз предлагал Мушкии выйти за него замуж, на что затворница отвечала: «Даже по коню держат траур шесть месяцев, вы же меня разлучили с самыми дорогими для меня людьми — мужем и сыновьями. Мой ответ получите не раньше чем через полгода». И как-то возле того дома играли два мальчика, очень похожие друг на друга. Тут царевна Мушкия, прикованная к сундуку, материнским сердцем признала в них своих сынишек и горестно вскрикнула: «Ах вы мои родимые сыночки, как вы здесь оказались?..» Услышав голос матери, мальчуганы примчались к ней, откинули крышку сундука. Когда они обнимали мать и ластились к ней, в комнату вошел хозяин дома. Он набросился на мальчиков, связал им руки и, приведя их к падишаху, пожаловался: «Эти негодные мальчишки проникли в мой дом и осквернили мою жену». Правитель глянул на мальчиков и подумал, что они очень похожи на его детей. Он спросил ребят, кто они такие и откуда родом. Мальчики рассказали обо всем случившемся и назвали своей матерью ту, кого караванщик называл женой. Падишах, оставив при себе караванщика, велел доставить во дворец тот сундук с женщиной, а также привести отцов тех детей, что и было тотчас исполнено падишахской стражей. Падишах сначала обратился к мнимому отцу Хасана с вопросом: «Этот мальчик и в самом деле является вашим сыном?» На этот вопрос рыбак ответил следующее: «Это не мой сын. Я выловил его сетью вместе с запутавшейся рыбой из нашей реки. К счастью, мальчик остался живым в ее утробе. С тех пор он стал для меня как сын». После этого падишах спросил у охотника, является ли другой мальчик его сыном. Охотник поведал о том, что вызволил малыша из пасти волка и что с тех пор он воспитывает его как родного сына. Наконец, падишах допросил караванщика:
— Эта женщина действительно ваша жена?
Караванщик пришел в замешательство, стал заикаться от страха и ничего не смог ответить. Падишах открыл сундук и спросил у невольницы:
— Вы и вправду являетесь женой этого караванщика?
На это пленница ответила:
— Я никогда не была женой этого человека. Мой супруг — венценосный славный царь, а эти мальчики — мои родные дети. Когда мы, разлученные супруги, после долгих поисков нашли друг друга и вместе с детьми возвращались в родной край, эти караванщики упрятали меня в сундук и увезли с собой. Сколько бы они ни приставали с угрозой выйти за кого-нибудь из них замуж, я отвечала им: «И по коню держат траур шесть месяцев. Вы же лишили меня мужа и детей, мне никто не нужен из вас». После этого они заперли меня в сундук, чтобы я никуда не смогла убежать. Но однажды я услышала знакомые ребячьи голоса, по которым признала своих сынишек. Я подала голос — и дети, узнав его, прибежали ко мне. Они так соскучились по мне, что крепко уцепились ручонками за меня и прижались к груди. Вошедший в этот момент хозяин дома — караванщик, выхватил у меня моих детей, побил их и притащил к вам на расправу. Вот и все, что я могу сказать об этом, о могучий властитель.
Падишах еще раз уверился, что эта женщина — его любимая жена, а оба мальчика — его любимые сыновья. Он заключил детей в объятья, расцеловал их. Затаившийся в углу караванбаши был схвачен стражниками и брошен в зиндан-темницу. Охотнику и рыбаку, заменившим детям отца, были поднесены дорогие подарки и оказаны всякие почести, а погонщики каравана строго наказаны.
Вновь встретившись после злой разлуки, царь и царевна Мушкия зажили вместе с сыновьями-близнецами счастливой жизнью и достигли всех своих целей и желаний.
Желаем и вам достигнуть желаемого, пожелайте и нам исполнения мечтаемого, а недругам — позора несмываемого.
Сказитель Абдугафур Шукуров. Записала Зубайда Хусаинова.
Было или не было, сытно было или голодно, но в стародавние времена, говорят, существовало некое государство, в котором, согласно обычаям, бедняки могли продавать своих детей. В той стране у одной бедной старушки рос один-единственный сын. Из-за своей крайней, безысходной нищеты старушка была не в силах прокормить даже одного ребенка. Делать нечего, пришлось старухе после горьких, неутешных слез повести свое чадо на проклятое торжище.
У правителя была маленькая дочь. Ей тоже, как и тому мальчику, исполнилось семь лет. Однажды она обратилась к отцу:
— Дорогой отец! Купите мне какого-нибудь слугу для посылок.
