Простые действия успокаивали. Сосредоточившись на том, чтобы ничего не пролить, Лизавета заставила руки не дрожать, дыхание – выровняться. Разговор с княжичем чем-то напоминал беседы на балах с чужими матушками, те тоже так и норовили подловить на неосторожно оброненном слове, искали способ выставить своих подопечных в лучшем свете, а тебя, наоборот, принизить.
– И что же вам нравится больше всего? – Княжич принял чашку с благодарным кивком, но, отхлебнув, поморщился и отставил в сторону.
Лизавета пожала плечами, наблюдая, как он проводит над напитком ладонью. От чашки почти сразу повалил пар – клубы его исказили черты княжьего лица, превратили улыбку в усмешку: словно сама природа сорвала с него маску и заодно подсказала Лизавете ответ.
– Честность и простота здешнего быта, наверное.
– Что вы имеете в виду? – он откинулся обратно на спинку дивана, закинул ногу на ногу.
– Здесь рано или поздно все тайны становятся явными.
– Вот как? – похоже, княжич ждал не такого ответа. – Прямо-таки все?
Она отвела взгляд, понимая, куда он клонит. Но, помедлив, ответила:
– Да. Лад… Ладимир подтвердит: он многое пытался от меня скрывать, но не преуспел ни в едином случае.
– Так, может, это просто вы на удивление проницательная барышня?
– Вы мне льстите. Если во мне и появилась хоть толика проницательности, то только потому, что я много раз обжигалась, доверившись слишком рано.
– Доверившись Ладимиру?
– И ему в том числе. – Лизавета держалась с напускной смелостью. – Поэтому я буду благодарна, если вы будете говорить прямо.
– Сдается мне, вы и так знаете, что я хочу сказать.
Уголок Лизаветиных губ дернулся. Надо же, хоть кто-то увидел в ней больше, чем наивную и растерянную девчушку. Подозрения княжича показались ей чем-то приятным – но лишь на мгновение. Она помнила, что прямо сейчас была в его власти, без защиты мавок и Лада.
– Не хочу высказывать предположений.
– Боитесь ошибок?
– Избегаю. – Ощущение было такое, словно Лизавета пыталась пройти через озеро по очень тонкому льду. Тот скрипел, шел трещинами, но пока что держался. – И буду благодарна, если вы поможете мне не совершить еще одну.
– Еще одну? – княжич выразительно приподнял бровь.
– Не думаете же вы, что я никогда не совершала ошибок? Хотя бы потому, что за все время нашей беседы я ни разу не назвала вас Вашим Высочеством.
Замечание было рискованным. Лизавета не знала наверняка, как принято обращаться к княжичам в подводном мире – тем более, что родственниками князей они очевидно не были.
Но, судя по реакции собеседника, ей повезло. Он рассмеялся.
– А вы хороши, – у княжича была очаровательная улыбка: широкая, белоснежная, искренняя, но в то же время не внушавшая никакого доверия. – Пожалуй, я даже прощу вам пренебрежение этикетом. И ложь.
Улыбка исчезла так же быстро, как появилась.
– Я не лгала вам, Ваше Высочество, – Лизавета говорила правду, и все же сердце ее так и зашлось.
– Вы утаивали. И продолжаете притворяться, будто не понимаете, к чему я веду.
– Утаивать и лгать – не одно и то же. Притворяться и лгать – тем более.
– А что, если я попрошу вас не притворяться? – он резко выпрямился.
– Попросите или прикажете?
Невидимый лед под ногами у Лизаветы опасно затрещал.
– Скажите, как вы здесь оказались, Лиза? – От собственного имени в его устах по коже поползли мурашки. Она не знала, в чем причина: то ли он применил какую-то древнюю магию, то ли дело было лишь в голосе – низком, пока лишь обещающем угрозу. От медовых ноток не осталось и следа.
– Я обманула водяного.
Снова едва заметное изменение в лице, будто трещинка на маске.
– Каким образом?
– Уговорила его дать мне обещание, подробностей которого он не знал.
– Вы должны быть мастером обмана, если провернули подобное.
– Когда это говорите вы, звучит как комплимент. Но, смею надеяться, вы заблуждаетесь. Я не лгунья – просто отчаявшаяся девушка.
– О, господарыня. Но ведь это намного страшнее.
Лизавета дернула плечом и загадочно улыбнулась, пряча лицо за краем чашки. Она очень надеялась, что со стороны не видно, в каком ужасе она пребывает. Ведь, если быть честной, Лизавета понятия не имела, куда этот разговор идет – и куда должен завести.
– Так мы договорились? Вы будете говорить прямо или продолжите ходить вокруг да около, Ваше Высочество?
– А вы признаетесь, что вам здесь не место, или продолжите вести себя как хозяйка этого дома?
Вот оно. Не спеша с ответом, Лизавета поставила чашку на низенький столик, промокнула губы салфеткой. Окажись под рукой маленькое зеркальце, она бы с нарочитым вниманием изучила свое отражение, но увы. Зеркальца не было, равно как и сил дальше тянуть время.
– Вы правы, Ваше Высочество, мне здесь не место. Я искренне в это верю, хотя Мать-Природа, к моему сожалению, считает иначе.
– О чем это вы? – княжич нахмурился.
– А вот это уже совершенно точно не твое дело, Яр.
