У Лизаветы вырвался вздох облегчения – такой громкий, что княжич кинул на нее взгляд. Лад тоже посмотрел на Лизавету, но походя. Это заставило ее внутренне подобраться: что же такое случилось, если риск раскрыть их обман перед морским княжичем казался не таким уж и важным?
– Оставь ее. Ты прибыл, чтобы поговорить со мной.
Как сидевший княжич умудрился посмотреть на него свысока, оставалось загадкой, равно как и то, что именно говорили их взгляды. Лизавета притихла, наблюдая, как Лад округляет глаза и как княжич кривит губы в ответ.
Лад нахмурился, сжимая пальцы в кулак.
– Боюсь, господарыня, мой дорогой друг прав, – неожиданно княжич обратился к ней. – Мне действительно придется вас оставить. Надеюсь возобновить нашу увлекательную беседу позднее.
«Упаси Бог! И Матерь», – в сердцах подумала Лизавета, но вслух произнесла:
– Вторю вашим надеждам.
Княжич очаровательно улыбнулся, не прощаясь. Лад только кивнул – сдержанно, быстро, словно хотел, но не мог ничего ей рассказать. Лизавета проводила его тоскливым взглядом. Она понимала: что-то произошло, – и неведение терзало ее не хуже тревог, очевидно, охвативших Лада.
– Мне жаль, что тебе пришлось познакомиться с княжичем Ярославом подобным образом, – Лизавета не заметила, как к ней подошла Ольга.
Очевидно, мавки вернулись в подводный дом вместе с Ладом. Выглядели они ничуть не лучше водяного: взволнованно, но одновременно устало, словно у них не осталось сил кричать или причитать. Инга молча протопала в комнату и плюхнулась на диван – на то самое место, где недавно сидел княжич.
– Вы не знали, что он здесь? – Лизавета глянула снизу вверх на Ольгу.
– Нет, иначе ни за что не оставила бы вас наедине. Ярослав достойный княжич, однако он не настолько терпим к людям, чтобы его обрадовало твое присутствие здесь.
– Да, я почувствовала нечто подобное. Он довольно… жуткий.
Заслышав последнее слово, Ольга с Ингой быстро переглянулись, словно оно напомнило им о чем-то. Помедлив, Ольга опустилась перед Лизаветой на корточки, взяла ее пальцы в свои прохладные руки.
– Лизавета, нам нужно тебе еще кое о чем рассказать.
До сих пор она практически никогда не звала Лизавету по имени, ограничиваясь «маленькой купчихой». Что-то подсказывало: добра от этих перемен ждать не стоило.
– У всего случившегося были причины. Но лишь одна из них смогла заставить вас с Ингой уйти с поверхности. Из-за нее мы оставили тебя здесь – и она же, я подозреваю, вынудила Ярослава явиться без предупреждения.
– И что это за причина? – Лизавета подозревала, что на самом деле не хочет знать ответ. С одной стороны, узнав правду она поняла бы, стоит ли ей опасаться морского княжича, или в его лице она сможет найти союзника. С другой стороны, судя по поведению мнущейся Ольги, в грядущих событиях не стоило искать ничего хорошего.
– Дело в Славе, – Инга не выдержала первой.
– А что с ней? – Лизавета посмотрела на нее поверх головы Ольги.
Однако Инга уже отвернулась, явно не собираясь продолжать и тем самым возложив тяжкую ношу на плечи Ольги.
Та мягко сжала Лизаветины пальцы.
– Она умерла.
На мгновение Лизавета застыла. Новость показалась невозможной, ненастоящей. Разум тут же начал подкидывать опровержения: Сбыслава не могла умереть, ведь она уже была мертва – иначе бы просто не стала русалкой! Но серьезный взгляд Ольги говорил об обратном.
– Но как?
Ольга будто ждала этого вопроса. Глубоко вдохнув, как перед прыжком с высоты в холодную воду, она ответила:
– Ее убили.
Лицо Лизаветы дернулось. Уголок губ нервно приподнялся в странном подобии улыбки, меж бровей пролегла глубокая складка, глаза прищурились. Но сама она не издала ни звука. Должна ли она испугаться? Скорбеть? Сочувствовать?
– Убили, – одеревеневший язык с трудом выговорил даже это слово.
– Да, – Ольга смотрела на нее с осторожностью, в ожидании. Она словно сама не понимала, что делать.
– Я не… – она поморщилась, понимая, что не может подобрать правильные слова. – Вас можно убить?
Ольга с Ингой переглянулись: не такого они ждали от Лизаветы. Ольга медленно поднялась, отпустила ее руки, отстранилась. Снова посмотрела на Ингу – не спрашивая, а будто гадая, насколько навредит своей подопечной, если расскажет Лизавете правду.
– Можно, – наконец-то кивнула Ольга. – Мы не умираем от старости, но это не значит, что мы бессмертны.
– И Сбыславу убили? Нарочно? Это точно известно?
И снова эти переглядывания. Лизавета шумно втянула воздух: ну почему нельзя просто сказать?
– Точно, – Инга словно услышала ее мысли, бросила резко, наотмашь. – Ей перерезали горло. Вряд ли она случайно на нож упала.
– Инга! – Ольга дернулась, но что она говорила дальше, Лизавета уже не слышала.
В ушах стоял гул, мыслей не осталось. Она никогда не видела мертвецов, но тут почему-то ярко представила маленькое хрупкое тельце – сплошь тонкие косточки, белая кожа и одна яркая полоса поперек длинной шеи.
Интересно, капли крови попали на платье?
– Лизавета? – Ольга заметила ее состояние. – Ты меня слышишь?
