– Фатима имела доступ к конфиденциальной информации. И Мэтью, как ее личный банкир, тоже. В последнее время у нас появились определенные подозрения насчет утечки информации из нашей фирмы. Поэтому, как человек осторожный и бдительный, я настоял на том, чтобы Мэтью остановился у моей сестры, а не в отеле. Я хотел быть уверен в том, что он пользуется защищенными каналами связи. А в этих отелях никогда не знаешь, чего ожидать. Мы поступаем так в отношении всех наших банкиров и юристов. Например, Йонас Клаузер в прошлом месяце останавливался здесь, у меня. Я понимаю, что на первый взгляд это может показаться странным и даже неприемлемым. Однако на самом деле это всего лишь забота о безопасности.
Аннабель кивнула. Ей хотелось верить Фаресу, однако его объяснение показалось ей слишком уж гладким. Даже каким-то надуманным. В отличие от того, как агент Блох описывал ей крушение самолета Мэтью.
– Спасибо, – сказала она. – Я знала, что причина, по которой мой муж там остановился, существует, но теперь, поняв, в чем дело, я успокоилась.
– Что ж, рад это слышать.
– Вы сказали, что у вас появились какие-то подозрения по поводу безопасности. Но когда вы узнали об авиакатастрофе, у вас не возникло мысли, что… – Аннабель умолкла. Она боялась обидеть Фареса – это было рискованно. Но ей отчаянно хотелось посмотреть, не дрогнет ли он, когда она заведет разговор о причинах аварии.
– Что это было подстроено?
– Да.
– Конечно, возникло. Полагаю, и у вас тоже. Но наш человек провел собственное расследование и пришел к выводу, что это был несчастный случай. Трагедия, разумеется, но все-таки случайная.
Аннабель снова кивнула.
– Рада слышать это от вас, – медленно произнесла она. – Сама мысль о том, что кто-то хотел причинить вред моему Мэтью… была для меня болезненной.
– Я прекрасно вас понимаю.
Они немного посидели в молчании, а потом Аннабель встала, надеясь, что не обидит хозяина своим уходом. По правде говоря, у нее мурашки пробегали по коже оттого, что Фарес Амир спокойно сидит напротив нее и продолжает ей лгать.
– Не хочу и дальше отрывать вас от дел, – сказала она. – Спасибо, что нашли время встретиться со мной. И что вернули мне вещи Мэтью.
Фарес тоже встал.
– Не стоит благодарности. Мой помощник Эммет отдаст их вам на выходе. Собственно, там нет ничего особенного. Полупальто и флешка, которой, по причинам, которые я вам уже называл, мы не разрешаем здесь пользоваться. Надеюсь, мне удалось немного вас успокоить. Если у вас возникнут еще какие-то вопросы, если я смогу вам чем-нибудь помочь, обращайтесь без колебаний.
– Обязательно, благодарю вас.
– Вы сейчас намерены вернуться к себе в Женеву?
– На пару дней я остановлюсь в Лондоне у друга. Потом, наверное, отправлюсь в нашу женевскую квартиру – собирать вещи. Хочу как можно скорее вернуться в Нью-Йорк. Там мой дом. Думаю, сейчас это наилучшее место для меня.
– Я считаю, что это мудро.
– Вы очень добры, мистер Амир. Еще раз примите мои соболезнования в связи с вашей утратой. В мыслях я скорблю вместе с вами и вашими близкими.
– Взаимно.
Уже выходя из комнаты, Аннабель не удержалась, чтобы не задержать взгляд на полотне Моне.
– Это действительно великолепно, – заметила она, на секунду остановившись перед картиной. – Я обожаю его поздние работы. Они удивительно элегантны в своей гениальной простоте. Просто небо, просто горы, солнечный свет… Он рисовал это, когда был в Антибе, не так ли? Передача света просто изумительная.
– У вас наметанный, острый глаз, миссис Уэрнер.
– В Нью-Йорке я была галеристкой.
– И вам стоит вернуться к своей работе. На свете очень немного вещей, которые способны утешить человека так действенно, как хорошая живопись.
– Согласна с вами.
Аннабель протянула Фаресу руку, и, когда он ее пожимал, их взгляды встретились.
– Вы мне очень помогли, мистер Амир.
– Желаю вам благополучно добраться домой, миссис Уэрнер.
Когда она вернулась в Шордич, дверь в квартиру Халида была приоткрыта. Аннабель на секунду заколебалась, но потом все-таки сделала шаг вперед. Внутри все было разгромлено. Одежда была разбросана по полу, бумаги валялись на обеденном столе. Рэп из динамиков в книжном шкафу звучал так громко, что пол под ней вибрировал от басов. Аннабель почувствовала холод и тут заметила, что окно открыто. Может, убежать? А что, если кто-то пришел по ее следам за ноутбуком, но вместо нее нашел тут Халида? Если с ним что-то случилось, она никогда себе этого не простит.
– Халид! – позвала Аннабель.
Никто не ответил.
– Халид! – вновь крикнула она, уже громче и настойчивее.
Из спальни доносилось еле слышное журчание. Аннабель сразу же направилась туда, все ускоряя шаг. Когда она уже готова была взяться за ручку, дверь перед ней внезапно распахнулась. От неожиданности женщина слабо ахнула.
– Господи, Аннабель! – воскликнул Халид.
Он только что вышел из душа, и с него еще капала вода. Он был совершенно голый, если не считать болтавшегося на шее полотенца. Халид быстро сдернул его и повязал на бедра, но лицо Аннабель уже успело стать пунцовым от смущения.
– Ты меня до смерти напугала!
