Раскатившиеся бревна успела замести поземка. Харальд отыскал их в темноте, пройдясь по снегу нарочито коротким шагом и попинывая сугробы. Снова завалил дверь. Потом зашагал по темной крепости, думая о том, что сегодня должны были вернуться люди, посланные во Фрогсгард — узнать о человеке, которого якобы видела темноволосая. Того самого, от следа которого пахло рыбой.
Скорей всего, его люди решили не отправляться в дорогу по такой непогоде. Или тоже заплутали, как он сам. И вернутся Йорингард с запозданием, возможно — завтра…
Овчарню, где были заперты Свальд и остальные, Харальд отыскал быстро. Ударил по двери, рявкнул:
— Открывай. Тут ярл.
Его узнали по голосу. Что-то скрипнуло, и дверь распахнулась.
Под крохотным окошком, прорубленным в бревенчатой стене, в неглубокой, наспех выкопанной яме вяло горело одно полено. Надо понимать, стражники и тут нашли способ, как погреться.
Хорошо, что есть свет, хмуро подумал Харальд. И можно посмотреть в лица придуркам, которые гнались за Сванхильд…
Он шагнул к костерку, возле которого сейчас никого не осталось — все стражники при появлении ярла убежали к выходу. Приказал:
— Те двое, что были назначены в стражу моей жены — ко мне.
От людей, молча стоявших у другой стены овчарни, отделились двое. Подошли к нему, хмурясь.
Харальд молча всмотрелся в них. Олаф и Стейнбъерн, оба из его прежнего хирда.
В уме вдруг мелькнуло — эти двое, ходившие с ним прежде в походы, могут погибнуть. На этот раз от его руки…
Молчание ярла затягивалось, Олаф со Стейнбъерном неуверенно переглянулись.
— Рассказывайте, — уронил наконец Харальд.
Олаф быстро сказал:
— Твоя жена, ярл, позвала нас в опочивальню. Мы вошли. Думали, она хочет, чтобы ей сундук передвинули или еще что. Бабы вечно все переставляют. А она вдруг начала раздеваться. Ну Мерд и… а потом прибежали Свальд с Убби. Они поймали твою жену почти что под мужиком… правда, лежала только она, Мерд перед кроватью примостился. И к тому времени уже встал…
— Вот с этого и начнет, — почти спокойно сказал Харальд. — Почему вы не остановили Мерда? Стояли и глазели? Может, еще советами помогали?
Олаф со Стейнбъерном опять переглянулись.
— Ну… — протянул Олаф.
Стейнбъерн возмущенно выпалил:
— Мы должны были охранять твою жену от врагов и от рабов, ярл. Ты сам это приказал, и мы твой приказ помним. Но держать ей ноги, чтобы она их не раздвигала перед всеми, ты не приказывал. Это не наше дело. За своей бабой всякий присматривает сам, даже ярл.
— Ты уже наговорил на пару хольмгангов, Стейнбъерн, — натужно объявил Харальд.
Голос у него хрипел. Лицо говорившего мягко, зазывно высветило багровое сияние. Да и лицо Олафа тоже…
— Но когда дойдет до этого, думаю, я выберу эйлинги (вид поединка). Теперь слушайте меня. Ладно, вы не остановили мою бабу. Но почему не остановили Мерда? Сами знаете, чем это могло кончиться для него — будь все это правдой. Если уж Мерд так хотел умереть, мог просто попросить меня об этом. А теперь выскажусь я…
Харальд прервался, обернулся, бросив взгляд на стражников, замерших у дверей. Следом на людей, стоявших в стороне. Среди которых были Свальд, Убби, Бъерн — сразу трое его хирдманов…
В любом случае, свидетелей достаточно, чтобы завтра разнести его слова по всему Йорингарду, решил он.
— Первое — Мерд ни с того, ни с сего вдруг решил попользоваться моей бабой на глазах у всех. Не наедине, чтобы никто не видел. Хотя знал, чем это кончится. Второе — вы, как овцы, стояли и смотрели, словно никогда этого дела не видели. Не оттащили его, не позвали Свальда, моего родича. Хотя должны были позвать. Пусть смотреть за моей бабой не ваше дело, но беречь мою честь? Глядеть за тем, чтобы в моей опочивальне, пока меня нет в крепости, не творилось не знай что? А если бы мою бабу у вас на глазах насиловали, вы и тут сказали бы, что это не ваше дело?
— Ее не насиловали, — пробормотал Олаф, пряча глаза.
— Третье, — бросил Харальд, не обращая на него внимания. — Вы так просто взяли и рассказали мне все это, хотя знаете, что свидетелей таких дел в живых не оставляют. Будь ваши слова правдой — тогда получается, что вы стояли и смотрели, как один из вас бесчестит вашего ярла. Но ничего не сделали. Не остановили его. Не позвали моего родича. Теперь отойдите в сторону. С вами я закончу потом. Свальд, подойди ко мне.
Он дождался, пока Свальд, которого Убби прикрыл одной половиной своего плаща, подойдет. Потребовал зло, ощущая, как губы раздвигаются, открывая зубы — недобро, оскалом:
— Расскажи теперь ты, родич, что видел. И что делал.
Свальд посмотрел на него исподлобья. Однако сказал уверенно:
— Меня позвали воины, охранявшие вход на хозяйскую половину. Сказали, что твоя жена зачем-то позвала к себе своих стражников. И что они слышат странные звуки из твоей опочивальни. Я пошел глянуть, что там. Вместе со мной увязался и Убби. А потом мы увидели твою жену на постели с раздвинутыми ногами. Мерд уже завязывал штаны.
Он замолчал, и Харальд придушенно потребовал:
— Продолжай…
