– Алина…
– Что, Миртас?
– Ты сказала, что мать, которая родила наследника, отправляется в ублиеты до конца жизни.
– Да, так мне объяснила Амина.
– Значит, есть надежда, что моя настоящая мать ещё содержится там?
Я горько усмехнулась:
– Тебе сто пятьдесят лет, мой правитель. Если твоя мать не дракон, то она столько не может жить на свете. Она давно умерла, прости.
– Как же жалко, что я не смогу никогда её увидеть, – произнёс он тихо.
Карета медленно двигалась по узким улочкам столицы Гьярда, куры шкрябали когтистыми лапами по вымощенной булыжником мостовой, а мы молчали, думая о страшных и скорбных вещах. Миртас жалел о матери, я же представляла, каково это – быть пожизненно запертой в одиночной камере со всеми удобствами. И не могла себе этого представить. Бедная женщина, к какой расе и к какому миру она бы ни принадлежала, умерла в почтенном возрасте, когда её сыновья ещё не вышли из детства по драконьим меркам…
– Колдунья не принимает! Она при смерти!
Услышав это от служанки Светланы, когда мы остановились у дверей небольшого домика в предместье, я выскочила из кареты, не слушая причитаний ликки, и ломанулась внутрь:
– Мне нужно её увидеть! Как это при смерти?! Почему не сообщили во дворец? Что с ней? Её можно вылечить, я уверена!
– Нет, нет! Не входите к ней, госпожа, она запретила…
Служанка пыталась меня удержать, но разве можно удержать ураган по имени Алина, когда ей НАДО пройти? Не то чтобы Светлана стала моей подругой, но она оказала мне неоценимую услугу, она своя, из моего мира! А я даже не подумала о ней ни разу за два счастливых месяца, проведённых с Миртасом!
– Света! – воскликнула по-русски, влетев в маленькую комнатку на втором этаже. Колдунья распласталась под цветастым покрывалом, вся скукоженная, морщинистая, старенькая. А ведь ещё недавно она была крепкой, хоть и не очень молодой женщиной! Что за болезнь могла сожрать её тело за два месяца?
– О, кого я вижу! – усмехнулась колдунья. – Какие люди и без охраны! Ну, расскажи мне напоследок. Ты забеременела? Всё ещё с правителем?
– Что с тобой? Это рак? Такой быстрый?
Я присела рядом, взяла Светлану за руку. Она скривилась, ответила:
– Полагаю, да. Бывают же острые формы… Но не обо мне. Давай, говори уже.
– Да, беременна, да, с правителем. Тебя же можно вылечить? Если отправить в наш мир…
– Поздно, Алина, поздно. Я уже смирилась, приняла неизбежное. А ты пришла с какой-то проблемой, соотечественница, и, если я могу помочь, то помогу. Ну?
Я выдохнула. Спросила:
– Ты делала яд, который действует только на драконов? Убивает за один день и похож на колики? Ты продала его одной из сестёр правителя? Если так, то мне срочно нужно противоядие!
Светлана фыркнула, потом откровенно рассмеялась и закашлялась. Я сильнее сжала её руку, давясь жалостью к этой странной, но походу честной и хорошей женщине. Она ответила, покрутив головой:
– Нет, ну за кого ты меня принимаешь, Алина?! Конечно, я сделала и продала. Но это вовсе не яд. Зачем мне проблемы с драконами? Да и не убийца я, я психолог, врач. Клятва Гиппократа, все дела…
– Что?! Это не яд? Значит, правитель не умрёт?
– Не яд, успокойся. Просто сильное слабительное. Посидит твой любимый на горшке пару дней. А если это слишком жестоко для тебя, то моя ликки даст тебе лекарство.
Я боялась поверить своим ушам. Неужели это правда? Никто не отравлен, никто не умрёт! Осознав это, ощутила, как огромный камень упал с моих плеч. И только сейчас поняла, как волновалась за Миртаса. Но всё в порядке, он получит лекарство и выздоровеет… Сможет жить спокойно, не боясь за жизнь – свою и своего наследника.
А как же Светлана?
– Спасибо, что успокоила меня, – ответила ей. – Но тебе-то как помочь? Можно же что-нибудь сделать, ты же колдунья, поколдуй…
– Я скоро умру, – просто сказала она и закашлялась от смеха. – Жалею только об одной вещи.
– О какой? Я смогу тебе её достать? Я всё могу достать, попрошу правителя!
– Жалею о том, что так и не родила от мужа.
– Да, сейчас бы у тебя был ребёнок, ты не умирала бы одна.
Мне стало грустно за Свету. Каждая бездетная женщина в конце своего пути жалеет, что не родила… Но оказалось, что колдунья намного практичнее, чем я. Она фыркнула:
– Срок нашей жизни, да и большинства других рас из других миров гораздо меньше драконьего. Но с ребёнком, который растёт в женщине, дракон делится с ней своим долголетием. Если бы я родила, то жила бы ещё лет триста, если не больше.
Я удивилась. Никогда не думала об этом аспекте драконьей конституции. Но и правда: Миртасу сто пятьдесят лет и он всего лишь молодой мужчина, а впереди у него ещё несколько столетий. У меня же всего десятков пять-шесть, и то – если повезёт. Если бы не эта мудрая уловка природы, я умерла бы задолго до мужа и никогда не увидела бы своего сына подростком. Теперь же я могу быть уверена в том, что мы проживём счастливую жизнь рука об руку и, возможно, уйдём в один день.