тебе жизнь и не развалить страну. Но теперь понял. Конечно. Иначе бы ты не могла быть моей
истинной парой.
— Парой? — переспросил Паша, испуганно сверкнув глазами, и сам себя успокоил: — Нет, это
неважно, если я заключил с Лерой брак, то даже обретение истинной пары не может его
расторгнуть!
— Выйдем, поговорим, — сказал опасно ровным голосом Роберт, указав Паше на дверь.
Выходя из комнаты, Роберт скользнул по мне взглядом, полным бушующей тьмы.
Обхватив себя за плечи, я села на постель и заплакала. За шумом собственного плача, я не
слышала, о чём говорили мужчины. До меня доносились лишь рычащие отголоски Роберта и
восклицания Паши, взывающие к закону.
Роберт король. Порядок для него — всё. Он не пойдёт против закона. Не пойдёт...
Моё сердце разрывалось, и жизнь казалась конченой. Платье промокло от слёз.
Скоро вернулся Роберт. Закрыв за собой дверь, он прошёл решительно ко мне и молча протянул
обруч, отобранный у Паши.
— Ты эту вещь хотела забрать?
— Да, спасибо, — глухо проговорила я, принимая семейную реликвию и стараясь не смотреть на
Роберта, чтобы не разреветься с новой силой.
Дракон опустился передо мной, обнял бёдра и устало положил голову мне на колени.
— Я вызвал архимагистра Гилмора, чтобы оспорить притязания Патрика, — хрипло проговорил он, крепко сжимая мои бёдра.
Роберт приподнялся, поглядел на меня и, вытерев мои слёзы, продолжил спокойным бархатным
голосом:
— Дольф сейчас переместит архимага сюда. Гилмор был на нашей церемонии, проявил
преданность. Он объявит действия Патрика не имеющими силу. Я тебя никому не отдам, Лера, слышишь? Ты только моя. И это не из-за короны.
Глава 21
— Я уже поняла, что не из-за короны, — всхлипнула я снова.
— Я всё решу, Лерочка, — Роберт поглядел на меня бездонной темнотой глаз. — Я только хочу
знать, что ты меня одного любишь. Скажи мне это.
— Я люблю тебя. Только тебя, мой дорогой. — Я прижалась мокрым от слёз лицом к его лицу.
Роберт облегчённо выдохнул. По нашим сплетённым пальцам пробежала тонкая сияющая вязь, доказывая, что мы истинная пара.
Архимагистр Гилберт пришёл через минуту. Мы все прошли в гостиную.
Роберт сел в кресло, широко расставив ноги. Паша — в дальний угол на диван, оскалившийся и
злой. Не знаю, что Роберт сказал ему, когда они были наедине, но мой бывший вёл себя теперь
иначе: тихо, не кричал, но давился плохо скрываемой обидой. Гилмор сел на кресло рядом с
Робертом, а Дольф остался стоять возле двери, хмуря брови.
Я сделала чай. Всем нужно было успокоиться, включая меня. Мои руки до сих пор дрожали, но те
пара мгновений, в которые мы с Робертом признались друг другу в любви, вселили уверенность, что мы всё преодолеем.
— Благодарю, леди Валерия, — кивнул архимагистр, принимая чашку из моих рук.
— Ты пил когда-нибудь зелёный чай? — ласково улыбнулась я Роберту, передавая ему чашку.
— Не доводилось, но из твоих рук приму, что угодно, — благодарно кивнул дракон и поцеловал
мою кисть.
Дольфу я тоже подала чашку, а вот Пашину оставила на подносе на столе. Налила, как и всем, проявляя светскую вежливость, но изо всех сил сдерживала себя, чтобы не плеснуть ему кипяток в
наглое лицо.
Я присела к Роберту на мягкий подлокотник и сложила руки на его плече всем видом давая
понять, что он мой по праву, а я его. Дракон упокоил широкую ладонь на моём колене, подтверждая это право.
— Итак, что у нас получается, одна жена и два мужа? — проговорил архимагистр, изучая
документы, которые протянул ему Паша.
— Я заключил брак с Валерией раньше Роберта, — нетерпеливо проговорил бывший и добавил:
— По всем законам Мирии!
— Но с вами не было служителя, — хмыкнул Гилмор скептически. — Я не могу считать такой брак
правомерным.
— Я граф Патрик Соррен, я сам служитель! Меня лишили военного звания, но звания магистра не
лишали!
Пальцы Роберта нервно сжались на моём колене, но внешне он оставался спокоен и молчалив. Я
погладила напряжённые плечи и спину своего дракона и шепнула на ухо:
— Ты один для меня. Всё решится, всё будет хорошо.
— И всё-таки на церемонии не было высокородных свидетелей, равных вам по статусу, как
полагает закон Мирии, так что я не могу считать этот брак законным, — отрезал архимагистр, дочитывая документ до конца. — Роберт Адальхарт объявляется законным мужем... подождите-ка...
Седые брови архимагистра изумлённо взмыли вверх.
— Романус? — Гилмор ошарашенно поглядел на меня. — Леди Валерия, вы потомок
императорского рода?
— Да, — кивнула я. — И у меня есть доказательства.
Я сходила в соседнюю комнату за короной и протянула показать архимагистру.
Гилмор осмотрел мою семейную реликвию и вернул её мне, сделавшись задумчивым. Поёрзал на
кресле, перечитал ещё раз документ и поглядел на побелевшего от злости Пашу-Патрика и
спокойного, как скала, Роберта.
— Эта подпись ваша, леди Валерия? — проговорил архимаг.
— Моя, но я не давала согласия! Была не в себе.
