– Ну что ж, ты постоянно говорил мне, что нужно всегда смотреть в будущее. И вот так я всегда и поступала. И сейчас поступаю. – Саркастически улыбаюсь ему и добавляю: – Нужна же мне какая-то замена.
– Тогда будем надеяться, что ты приняла верное решение. Ради Поппи.
– У нее не может быть худшего отца, чем ты, – говорю я, чтобы причинить ему боль.
– Странно, как все складывается… Так ведь? В смысле… Мои действия в итоге оказались тебе на руку.
– Да ну? Я не понимаю, как ты можешь рассматривать это таким образом! Погибли три женщины, Том. Ты забрал их у родных, у друзей. Разрушил их жизни.
Какое-то время он ничего не говорит – видимо, обдумывая мое заявление.
– Да, верно. О
Когда Том уходит, я так и остаюсь сидеть с разинутым ртом.
В долгой дороге мы распеваем песни. Автомобиль забит под завязку. Дети так и излучают восторг, и это заразительно.
– Господи, просто не могу дождаться, когда смогу утром раздернуть шторы – а там море! – восклицаю я, кладя руку на бедро Адама, пока он ведет машину.
Мы движемся навстречу нашему с Поппи будущему. Для меня очень важна уверенность в том, что дочери не придется проходить через то же самое, что и мне, – что она будет расти в безопасных и надежных руках. Если повезет, у нее не останется никаких воспоминаний о том, что когда-то ее жизнь дала трещину – самого по себе Тома Поппи наверняка будет иногда вспоминать, но тот факт, что ее отец, которого она так любила, оказался серийным убийцей, никак не отложится у нее в голове. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы дочь никогда об этом не узнала.
По спине опять пробегают мурашки. Это было трудное время. Но, напоминаю я себе, это было неизбежно – Том
Адам будет лучшим отцом для нее в долгосрочной перспективе. А теперь у Поппи есть еще и Джесс – и кто знает, может, на подходе еще один ребенок… Кладу руку себе на живот.
Над Большим пирсом[30] Тинмута жарит высокое полуденное солнце. Мы бросаем в воду плоские камешки «блинчиком» и строим замки из песка, а девчонки визжат от восторга. Я наконец-то обрела идеал. Он и вправду существует. И сейчас он прямо здесь – с моей Поппи, Адамом и Джесс.
Я знала, что сделала правильный выбор – едва только повстречав Адама, ощутила уверенность, что он – тот самый. Была полностью уверена, что из него выйдет идеальный муж и отец. Когда они с Камиллой впервые заглянули ко мне в кафе и он посмотрел на меня, это было словно удар молнии. Я верю в искры, и у нас их определенно оказалось в избытке. Но, естественно, Камилла была идеальной женой и матерью. Я понимала, что это будет непросто.
Но и вполне достижимо. Нет ничего невозможного, если у вас достает решимости.
Как там сказал Александер, босс Тома? «У меня было предчувствие, что такая решительная женщина, как вы, не будет сидеть сложа руки». И он был совершенно прав. Как только Том раскололся и рассказал мне о том, что натворил, это был лишь вопрос времени. Мне нужно было действовать быстро, чтобы начать планировать новую жизнь, – требовалось много что сделать, прежде чем я смогла бы бросить его. Аккуратно и кропотливо вставить каждую мелкую детальку на строго отведенное ей место – и проделать это в правильном порядке. Если б не подобное тщание и осторожность, мой план никогда бы не удался, и я осталась бы у разбитого корыта.
Или стала одной из жертв Тома.
Однако теперь понимаю, что он не убил бы меня. Вот почему Том встречался с секс-работницей – чтобы снять накопившееся напряжение и воплотить в жизнь фантазии, которые вызывали у меня полное отторжение. Тем не менее, даже если б я была в этом полностью уверена, то все равно продолжала бы втайне обустраивать свое бегство. Быть женой Тома оказалось слишком рискованно.
Случайно наткнувшись на учетную запись электронной почты Кэти на планшете Тома, я воспользовалась случаем прочесть все, что Том отправил, выдавая себя за нее. И как только ее отец и друзья купились на это? Тон этих посланий был чересчур уж приподнято-оптимистичным, а объяснения, почему она не возвращается домой и почему регулярно не выходит на связь, выглядели явно надуманными.
