– Дай посмотрю. Немецкие лозунги. Где ты это взяла?
– На упаковке с печеньем.
– Здесь список стран-союзников.
– Зачем они это изобразили?
– Они не изображали ничего, вот только на жестяной коробке написано: «DER SIEG WIRD UNSER SEIN» – «
– Получается, все то, что писали в газетах, правда? Гитлер решил завоевать мир?
– Ну какой мир? Сколько их таких было, все пытались, да не совсем получалось, ты еще Наполеона вспомни или вон Чингисхана. Давай не будем вдаваться в историю о всех наших войнах, где были поражения и победы. Тем более мы ничего не знаем о происходящем.
– Что с Захаром?
– А что с ним? Посидели, поболтали, остался курить.
– Щеки алые у тебя, вот и спросила, – шепотом произнесла Катя, – ладно, пойдем спать.
Что он может придумать, живем толпой на этих квадратных метрах. В теплое время, конечно, можно было и у реки, и в лесу, в этом плане не проблема тогда, а сейчас куда, где? Ну и мысли посещали мою голову перед сном. «А что, и правда, если обещает любить и быть рядом. Почему я? Что он во мне нашел?» – то и дело одолевало меня любопытство и нетерпеливость к его действиям.
Хорошо смогли пристройку сделать, чтобы Андрея с Натальей там поселить, все-таки супруги, да еще и пополнение скоро в семье. Мы втроем – я, Катя и Аня – в основной комнате разместились. Захар с ребятами смогли оборудовать спальные места на чердаке.
Я все лежала и гоняла мысли в голове. «Будет ли Захар хорошим отцом для моего Юры, что он сам думает на этот счет? Как мы будем жить после войны, она ведь должна закончиться? А где? И чем мы будем заниматься? Кем я буду работать? – ничего в голову не приходило, даже картинка не складывалась. – Надо спать!»
Зима была на носу. Андрей уже без помощи справлялся со своей ногой, восстановление шло полным ходом. Аня продолжала всех доставать, несмотря на то что мы все были заложниками сложившейся ситуации.
В тот день Захар с Максимом собрались к реке проверить сети, дорога в одну сторону полдня занимала, до вечера не вернуться. Никита остался помочь Андрею с дровами.
Мы с Катей давно собрали вещи для стирки и решили, как только мужики направятся за рыбой, кто-то из нас пойдет с ними, чтобы постирать.
Решено было, что Катя как наш «дежурный врач» останется в лагере, а я пойду.
Я собралась, вышла из избы, меня ждал Захар.
– А Максим? – спросила я.
– Максим остается на дежурстве, мое распоряжение.
«Понятно», – подумала я про себя. Скорее всего, Захар оставил его специально, чтобы со мной время провести. Вид у меня был тот еще, конечно, два платка, телогрейка, мужские сапоги, рукавицы, которые постоянно сползали. Одна мысль только успокаивала – зато тепло.
На самом деле я реально выглядела как тогда в заключении! Я стала себя невольно обнюхивать, а вдруг пахнет. Только подумала об этом, как вдруг обернулся ко мне впереди идущий Захар и спросил:
– Устала?
– Нет.
– Не холодно?
– Нет, все в порядке.
Наш путь занял от силы часа полтора, может, больше, всю дорогу практически молчали, изредка перекидывались парой фраз о том о сем. Захар был сосредоточен на дороге, прислушивался, иногда замедляя шаг, подавая мне сигналы рукой.
– Почти дошли, Маруся, совсем немного.
Мы приблизились к месту, обозначенному как «временное жилище», что-то типа шалаша, собранного из ветвей ели и другой растительности, в такой гуще сразу и не найдешь, конечно. Шалаш был установлен в глубине, среди вековых сосен и деревьев, чтобы наверняка не обнаружили.
Захар опустился на землю и стал нащупывать что-то рукой. Потом приподнялся и сказал:
– На месте. Нить на месте, натягиваю специально, на случай – вдруг кто обнаружит, будет знаком, что лучше уходить. Пойдем – чисто. Это мы с Максимом соорудили, когда в ночь оставались, сети ставили.
Я разобрала вещи для стирки. Захар разжег костер и отправился проверять сети. Я огляделась по сторонам. Было достаточно тепло и без ветра. Тихо и спокойно. Я принялась заниматься своими делами. Спустя время вернулся Захар:
– Повезло-то как! Ну еще бы, осенью всегда улов царский. Посмотри, Марусь, что у нас есть. – Захар раскрыл мешок с рыбой. – Для готовки принес уже очищенную рыбу, в воде все сделал, чтобы на берегу следов не оставлять, остальной улов в воде пока схоронил, завтра своим отнесем.
Я еще раз посмотрела на дары, действительно повезло.
– Вот и отлично! Значит, обед будет, – заулыбалась я. – Вот только постирать мне надо все.
– Не переживай, я сам, воды прибавилось у берега уже, не устоишь, да натопчешь, а я через камыш проберусь к чистой воде и все сделаю.
– Да как же? Зачем я шла? Да и потом, без мыла особо не выстираешь, тут рубахи да женские юбки, мелочь мы дома в воде с родника стараемся ополоснуть. А крупняк сюда несли.
– Говорю, не переживай, так лучше будет, я сам. А ты обедом займись, вон в моем мешке соль найдешь и остальное.