Комацу ни Эйс, ни Сабо ни разу в жизни не видели. Однако Луффи утверждал, что таинственный повар с прекрасными, золотыми руками где-то есть на земле. Так далеко, что Ред Лайн кажется соседним посёлком. И что Луффи обязательно встретится с Комацу, причём время и место он знал с точностью до дня.
— А с чего вы решили, что Комацу не существует? — спросил Зоро, которому тема детских привязанностей всегда была близка. — Может, они пересеклись до того, как вы встретились. Успел же Луффи с одним из Йонко закорешиться без вас.
— Может и так, — согласился Сабо, хотя Санджи ожидал от него горячего протеста. — Вот только рассказы Луффи… не совсем реальны. Он говорит о Комацу как о взрослом человеке, сильном и уверенном. Возможно даже слишком сильном, чтобы существовать. И рассказы не согласованы с собой во времени. К тому же… во многих этих историях Луффи говорил о себе как о взрослом, хотя ему было лет семь или восемь.
— Тогда… может, это предвидение? — неуверенно спросил Чоппер. — Ну, то есть…
Оленёнок смутился от внимания, свалившегося ему на рога из-за этого вопроса. Ну да, предвидение Луффи всегда было чем-то на грани волшебства. Мугивара и команду свою собрал благодаря таинственной способности знать будущее. Именно знать, а не видеть, как это бывало с предсказателями — это Луффи всегда особо выделял.
— Это более вероятно, — согласился Сабо, ставя кружку на газон, — но всё равно, в нашей жизни не было ни одного человека с именем Комацу. А мы с Луффи вместе с пятилетнего возраста. А на Эйса внимание не обращайте, он просто ревнует.
— К вымышленному другу? — скептически спросила Нами.
— К вымышленному брату, — улыбнулся Сабо. — Эйс всегда, когда ругается, спрашивает Луффи: неужели ему недостаточно меня и его? И каждый раз Луффи отвечает, что мы его братья, но Комацу — это Комацу, и сравнивать нас нельзя. Если честно, я не совсем понимаю, что это значит.
— Скоро поймёшь! — крикнул Луффи с головы льва. — Мы скоро встретимся!
Слух у капитана всегда был отличный. Сабо сконфузился и быстро свернул разговор, хотя вопросы у команды всё ещё были.
Санджи тоже заинтересовался: что это за Комацу? Кто это? Девушка или мужчина? Действительно ли Комацу — лучший повар в мире или по крайней мере на суше?
«Скоро» Луффи растянулось на долгие три недели, которые Мугивары провели в море. Путь от одного острова Гранд Лайн к другому был утомительным и нудным; несколько раз пиратам приходилось пересекать Калм Белт, чтобы не сталкиваться нос к носу с морпехами. Растерянность, излишнее нервное возбуждение и ожидание чудесной встречи с таинственным поваром Комацу сделали Луффи не то чтобы слабым, но невнимательным. Капитан пропускал больше ударов как на тренировках, так и в основных боях, поэтому его команда решила уводить Монки D. от возможных проблем.
Эйс, что характерно, хоть и ворчал, но старался больше всех.
За несколько дней перед судьбоносной встречей Луффи принялся с задумчивым видом ходить по камбузу, заглядывать в мешки и бочки и проявлять излишнее внимание к ингредиентам своего кока. Санджи, который физически едва успевал готовить на тридцать шесть проглотов-Мугивар и семь прелестных девушек, излишнее внимание капитана не радовало. Луффи ничего не таскал, просто был в камбузе дольше обычного, поэтому в один из таких «задумчивых» визитов Санджи не удержался и спросил:
— Ну?
Луффи, что интересно, сразу понял, что имеет в виду под этим «ну» его кок. Поковырявшись в ухе, Мугивара широко улыбнулся.
— Слу-ушай, — протянул капитан, — у нас же есть пшеница там, изюм, молоко, всё такое?
— Ну, есть. Хочешь пирог? Мог бы просто попросить.
— Да не, я не к этому, — мотнул головой парень. — Сохрани их, пожалуйста. Они будут нужны Комацу.
Про Комацу Санджи к тому моменту знал не больше, чем после первого откровения Сабо. Братья отказывались рассказывать подробнее про воображаемого друга-повара Луффи, мгновенно переводя тему или начисто игнорируя вопросы. Всезнающая прекрасная Робин, когда Санджи пришёл к ней за ответами, только улыбалась. И, как бы ни любил Санджи эту нежную улыбку, ответов она не давала.
— У нас не так много припасов, чтобы я мог их экономить, — задумался кок. — Что именно тебе надо?
— Пятьсот грамм белой муки, сто грамм сушёного на солнце изюма, по два литра воды и молока, два крупных свежих инжира или пять сушёных, пятьдесят грамм белого сыра. Сыр не обязательно, Комацу его просто любит.
Санджи прошёлся по мысленному хранилищу. В голове у каждого кока была проекция холодильника и погреба, в котором находились образы всех ингредиентов, доступных для готовки.
Ну, капитан просил не так много. Конечно, Тич пару дней поживёт без пирогов, потому что муки оставалось маловато, но в остальном сэкономить названные продукты было просто. Даже сыр оставался.
— Ладно, — кивнул кок, — только ответь мне на один вопрос.
— М? Какой?
— Комацу действительно существует?
Луффи не сомневался.
— Естественно!
Капитан почти дошёл до выхода из камбуза, как Санджи вновь окликнул Луффи.
— Слушай, — кок замялся, пытаясь подобрать слова. — А Комацу — мужчина или женщина?
