Я отшвырнула бутылку в сторону, пузатая рюмка покатилась по столу, ее содержимое наполнило воздух удушающим ароматом дорогого конька. Илья говорил мне, что квартира, в которой он живет, съемная, значит, чтобы его найти, специалистам Панюкова нужно либо проследить за мной, когда я пойду с ним на свидание, либо установить местоположение его телефона. Я не особенно вслушиваюсь в разговоры, которые ведут Максим и Семен, когда мы проводим вместе время, но какие-то вещи знаю даже я. Например, что за 100 долларов в сутки можно прослушать любой телефон, хоть сотовый, хоть домашний. Что сотовая компания может по запросу определить местонахождения любого аппарата своей сети. Официальным органам для такого обращения требуется санкция суда, Панюков решает этот вопрос при помощи денег. Ему не нужны юридически правомочные доказательства, ему нужна информация, и он за нее платит. А клиенты, в свою очередь, платят ему. Отшвырнув стул в сторону, я бросилась к домашнему телефону. Если Максим обратился к Панюкову полтора-два часа назад, то сейчас его люди, наверное, уже активно работают над заданием. Вряд ли они так быстро договорились о прослушке, для этого нужно какое-то время, Панюков с кем-то специально договаривается об этих услугах. А вот сколько требуется времени, чтобы запеленговать аппарат, я не знала.
Аня никак не хотела брать трубку, мой домашний телефон был ей незнаком. Звонить с сотового я не хотела — теперь мне это казалось опасным. Домашний мне представлялся более надежным: если мой муж небезосновательно считает меня курицей, не способной даже стереть эсэмэс-сообщения, более сложные конструкции он сочтет тем более недоступными моему интеллекту. На третий раз в трубке послышался недовольный Анин голос.
— Анечка, это я, Люба, ни о чем не спрашивай, произошли некие серьезные события, Илье может угрожать опасность. Позвони ему и попроси его срочно избавиться от мобильного телефона. Пусть быстро собирает вещи и уходит из квартиры. Телефон пусть немедленно выбросит, но скопирует нужные номера. Или вынет симку, я не знаю, что делают в таких случаях. Но главное, чтобы избавился от аппарата. Ты дома?
— Пока нет, — испуганно пролепетала Аня, — но я могу быть дома через полчаса.
— Значит, скажи Илье, чтобы через полчаса был у тебя, я буду звонить либо с домашнего, либо с какого-то другого телефона. На сотовый мне не звоните.
Я повесила трубку, сердце мое бешено колотилось. Правильно ли я сделала? Все ли предусмотрела? Сможет ли Аня срочно найти Илью? Насколько серьезно он отнесется к ее сообщению? Сделает ли все, как я сказала?
Бездействовать, сидя дома, казалось невыносимым, но я боялась выходить на улицу. Что, если Панюков посадил мне на хвост какого-нибудь своего мордоворота, и я приведу его прямиком к Ане и Илье? Что же делать? Оставалось только одно место, куда я могла пойти, не боясь вызвать подозрения. Этим местом был дом моих родителей.
