Я заказал вторую порцию пива и осмотрелся. Здесь собралось довольно шумное общество; состояло оно из настоящих жителей Запада и тех, кто им подражал. Были здесь и подлинные ковбои, и стилизованные под них пижоны, и сменившиеся с дежурства служащие с женами и детьми, туристы, рабочие нефтяных разработок в высоких сапогах и несколько мужчин в деловых костюмах с широкими галстуками и с узкими темными глазами. Вдруг эти глаза засверкали, будто в них стояли электронные датчики. Это произошло в тот момент, когда вошел Лестер Крэндел. Электронные датчики реагировали на деньги. Лестер задержался на пороге, осматривая зал. Я поднял руку. Он подошел ко мне и поздоровался.
— Мистер Арчер, не так ли? Как это вы оказались здесь так быстро?
Я рассказал ему, внимательно наблюдая за его лицом. Его реакции были вялыми, как у сильно невыспавшегося человека. Здесь, в отеле для автотуристов, он чувствовал себя как дома, не то что в «Тихоокеанских скалах». Официантки сразу же стали очень внимательны, а одна подошла к нашему столику.
— Вы чего-нибудь хотите, мистер Крэндел?
— «Бурбон». Вы знаете мой вкус. И придержите счет мистера Арчера.
— В этом нет надобности,— возразил я.
— Мне это доставит удовольствие.
Он наклонился вперед и внимательно посмотрел на меня из-под полуопущенных век.
— Заранее извините меня за невнимательность. Сегодня я что-то плохо все воспринимаю. И я еще не понял, каковы ваши интересы в этой истории.
— Я работаю на миссис Стэнли Броджест. Пытаюсь вернуть ее мальчика, пока он еще жив и здоров и пока его мать не дошла до края.
— Я сам уже почти на краю пропасти.
Вдруг он с неожиданной короткостью схватил меня за локоть и столь же неожиданно заговорил:
— Просветите меня насчет всего остального. Ведь моя Сьюзен неспособна причинить вред маленькому мальчику.
— Возможно, это не совсем так. Она уже подвергла его опасности. Удивительно, как только он не утонул сегодня!
— То же самое говорила и миссис Роулинс. Я приказал ей задержать их здесь, и она обещала это сделать!
— Не ее вина, что они уехали. Вы же не велели ей обращаться в полицию.
Крэндел с холодным бешенством посмотрел на меня.
— Знаю я полицию этой части света. Я здесь родился и вырос. Они сначала стреляют, а уж потом задают вопросы. Я не собираюсь поручать им заботу о своей дочери.
Я не мог позволить себе согласиться с ним.
— Не будем спорить. Во всяком случае, сейчас они на пути в район Бэй.
— Куда именно они направляются?
— Возможно, в Сосалито.
Он поднял над головой кулаки и яростно потряс ими.
— Почейу же вы не следуете за ними?
— Я полагаю, что вы могли бы рассказать мне кое-что полезное.
От злости глаза его превратились в щелочки.
— Это что, шутка?
— Нет, всерьез. Почему бы вам не успокоиться? Мой товарищ из Сан-Франциско разыщет их,
— Ваш товарищ?
— Частный детектив, Вилли Маккей.
— Что он будет делать с ними, если найдет?
— Применит все свое умение. Заберет мальчика, если сможет.
— Уже это неприятно для меня. А что будет с моей дочерью?
— Она сама выбрала эту опасную жизнь.
— Не говорите мне этого. Я хочу ей помочь. Вы же понимаете?
— Тогда помогите.
Он мрачно посмотрел на меня. В это время подошла официантка с выпивкой. Она отчаянно улыбалась, безуспешно пытаясь изменить настроение босса. Однако выпивка оказалась более эффективным средством. Он сразу же раскраснелся, глаза его заблестели. Казалось, виски вдохнуло,в него жизнь.
— Это не моя вина,— заявил он.— Я дал ей все, что только может пожелать девочка. Виноват Джерри Килпатрик. Он увез невинную девочку и развратил ее.
— А может быть, кто-то другой.
— Вы хотите сказать, что это сделал не он?
— Хочу сказать, что это может быть не только он. На прошлой неделе — во вторник или среду — она нанесла визит в мотель «Звезда».
— В тот, что находится на главной дороге, идущей вдоль побережья? Сюзи не могла быть в таком месте!
— Но ее там видели. Она провела некоторое время со сбежавшим преступником по имени Альберт Свитнер. Это имя вам знакомо?
— Оно ничего мне не говорит, так же жак и вся ваша история. Я не верю этому!
По лицу- его, лицу старого боксера, получившего много ударов, было видно, что он готов ко всему.
— Зачем вы рассказываете мне об этом? — спросил он.
— Чтобы вам было над чем подумать. Ал Свитнер был убит в субботу ночью.
— И вы, конечно, обвиняете Сьюзен?
— Нет, вероятно, она уже была в море, когда это произошло. Я просто пытаюсь объяснить вам, в каких неприятностях она запуталась.
— Я знаю, что она в трудном положении...
Он положил руки на стол, уперся в них подбородком и смотрел на меня, как из-за баррикады.
— Что я должен сделать, чтобы она выбралась из них? С тех пор, как она ушла из дома, я только и делаю, что бегаю кругами. Но она все дальше и дальше убегает от всего, что я могу ей дать.
Он на минуту замолчал и уставился вдаль сквозь меня. У меня не было детей, и я всегда завидовал людям, имевшим их.
— У вас есть какая-нибудь идея относительно причины ее бегства?
Он покачал головой.
— Мы дали ей все. Я был уверен, что у нее все о’кей. Но что-то произошло, и я не знаю, что именно.
