Фёкла подвинула к себе тарелку с маринованными томатами и начала уплетать один помидор за другим, запивая кисло-сладким рассолом. Светлана посмотрела на подругу удивленно, но ничего не сказала. Поздно вечером пришли сестра с мужем.
– Ну всё, – шепнула Светка подружке на ушко, – теперь пока не напьется, не встанет.
– Он что, пьяница? Никогда бы не подумала, столько хозяйства держит! Быки, свиньи…
– Так он его держит и тут же пропивает с дружками. Маринка устала уже так жить. Позорище. Уйдёт, наверное, от него.
Подруги ещё долго о чём-то своём шептались, но тут в стельку пьяный Денис, так звали мужа Марины, начал выкрикивать какую-то ерунду и при этом рыдать. В итоге все начали его успокаивать, как дитя малое, потом с горем пополам выпроводили семейную пару домой.
Тётка с внуком тоже засобирались, им ещё нужно было заскочить к каким-то дальним родственникам, о которых даже никто и не знал. Александр, хорошо выпивший, завалился спать, а подруги сидели на кухне и разговаривали. Светлана, как прямолинейный человек, задала вопрос:
– Фёкла, ты случайно не беременная?
– Что ты, Светик! Мне сорок восемь лет!
– А чего ты так удивляешься, тебе же не семьдесят. Ты посмотри, сколько женщин рожают после сорока! И помидоры сегодня вон как ела!
– Помидоры вкусные очень, потому и ем.
– Да. Помидоры действительно вкусные, но к врачу обязательно сходи.
– Схожу. Давно не была у своего гинеколога.
– А что Николай? Звонит?
– Пару звонков и всё.
– А ты скучаешь по нему?
– Некогда мне, Свет, скучать, тосковать и прочие слюни пускать.
Фёкла говорила неправду подруге первый раз в жизни: не хотела, чтобы та её жалела. На самом деле думала о нём каждый день, по сто раз заглядывая в телефон, не пропустила ли звонок, одному богу известно, как его ей не хватало. Ругала себя за это, но ничего поделать не могла, потому как прекрасно понимала, что теперь её сердце принадлежит только ему, и верила глубоко в душе, что это взаимно.
В селе Фёкла надолго не задержалась. На следующий день сходила на новый двор, чтобы лишний раз убедиться, всё ли там в порядке, ведь планировала переехать уже в начале декабря и новый год встретить на новом месте. Светлана радовалась, что подружка будет жить рядом, как в детстве.
– Будем в гости ходить каждый день друг к другу и угощения носить, как наши мамы, помнишь?
– Помню, Светочка. Когда вы резали свинью, нам приносили свежатину, потом мы – вам. Только свиней я держать не собираюсь, хлопот много с ними, проще на рынке мясо купить. Вот думаю, может, курочек на яйцо завести, чтоб не скучно было? Посмотрю ещё.
– Кур нужно обязательно, смотри, сколько простора вокруг. Пусть себе пасутся на траве. Хлопот никаких, зато свежее яйцо всегда в доме. Ты теперь сельская женщина, грех ничего не держать.
Вечером Фёкла уехала домой в город, потому что на следующий день планировала посетить своего гинеколога – очень добрую и вежливую женщину, любившую иногда пошутить на тему своей профессии, Викторию Викторовну.
Придя в назначенное время, она немного волновалась. А зря. После осмотра врач торжественно выдала:
– Ну, поздравляю вас! Вы беременны. Срок – примерно двенадцать недель.
У женщины внезапно пересохло во рту, язык начал заплетаться, она с трудом выговорила: «Беременная? Я?» – и начала громко плакать.
– Конечно вы. Успокойтесь, вам теперь нельзя переживать.
Фёкла, всхлипывая и размазывая по лицу тушь, крепко обняла Викторию Викторовну.
– Спасибо вам большое! Вы не представляете, сколько лет я ждала эту новость. Родить ребёнка-моя самая заветная мечта! Только думаю, мне ведь не двадцать, не тридцать и даже не сорок. Смогу ли я выносить?
– Организм у вас крепкий, осложнений не должно быть. Не переживайте. Не вы первая будете рожать в таком возрасте. Вот, я вам анализы написала, которые нужно сдать, и приходите ко мне после завтра, как только они будут готовы.
Счастливая, окрылённая приятной новостью женщина засобиралась домой. По пути зашла на рынок и купила всё, что ей захотелось: маринованные баклажаны «под грибочки» с чесночком и перцем чили, квашеные огурцы, селёдку, крупную и жирную, а когда уже хотела уходить, свернула в сторону, где продавались мясные изделия, и купила кольцо домашней колбасы, так вкусно пахнущей специями, что еле удержалась, чтоб не съесть её сразу.
Как не странно, во время этой беременности её совсем не тошнило, не рвало, как было тогда, когда она потеряла ребенка. Спать тоже не хотелось, поэтому почти каждую минуту Фёкла занималась каким-то делом. Очень хотелось в посёлок, но сначала нужно было закончить дела на работе, которых за время её отсутствия накопилось немало.
Фотовыставки прошли успешно почти во всех запланированных городах, много картин было продано. Осталось провести мероприятие лишь в одном городе, находящемся в другой области, куда Фёкла решила лично поехать, потому что это был родной город Николая – человека, так много значащего в её жизни. О беременности она решила ему сказать чуть позже, а пока терпеливо продолжала ждала от него звонка. Светлане позвонила в тот же вечер.
