На следующий день Фёкла решила пройтись по магазинам и купить подарок молодым. Фотокартину уже давно приготовила, на ней был изображен букет сирени в красивой хрустальной вазе. Но этого мало, нужно еще что-то полезное для семьи. Зайдя в торговый центр «Пассаж», где работала мамина троюродная сестра Любовь Яковлевна, Фёкла сразу отправилась к ней. Тётю завидела издали. Это была женщина шестидесяти трех лет, низкорослая, с большой грудью и карими, зауженными, как у корейцев, глазами. Любовь Яковлевна почему -то всегда считала себя сестрой Фёкле, но никак не теткой. Девушка однажды пыталась ей объяснить, ещё много лет назад, когда училась в институте, что они не сёстры, а в итоге только разозлила её:
– Тетя Люба, вы мне всё же приходитесь тётей, не сестрой. Потому что ваша мама и моя бабушка были двоюродными сестрами.
– Что ты несёшь, Фёкла?! Какая к черту я тебе тётя? И называй меня по имени, поняла?
– Поняла.
Фёкле это не нравилось, поэтому она всегда без удовольствия заходила к ней в гости на работу, и то, если срочно что-то понадобится или мама попросит.
В советское время тетка Любка работала в центральном универмаге, в отделе женской одежды, и встречаться с ней приходилось не раз. Ещё одной причиной, по которой Фёкла избегала с ней встречаться, была её манера разговаривать. Тётя часто ругалась матом, не стесняясь окружающих людей, и если так случалось, что девушка натыкалась на неё, идя с подружками, она готова была со стыда сгореть. Но, несмотря на такую плохую привычку, Любовь Яковлевна была очень добродушной и щедрой женщиной. Порой её щедрость даже оборачивалась для племянницы проблемами: если она соглашалась на приглашение тёти и заходила к ней в гости, та могла закормить её до такой степени, что болел живот. Иногда водила в кафе, заказывала жаркое в глиняных горшочках, а на десерт – взбитые сливки с шоколадной стружкой. В знак благодарности Фёкла привозила ей домашние продукты: птицу, яйца, сметану, творог, всё, что было дома. Но всё же встречались они крайне редко.
Общительность тётки Любы тоже была чрезмерной, поэтому Фёкла твёрдо решила о беременности ей не говорить: того и гляди, растреплет всем знакомым.
– Фёкла, сколько лет тебя не видела! – обрадовалась Люба и обняла её.
– Ну, лет нет лет, а почти год не виделись.
– Стыдно, конечно, что сестру забываешь. Мы с тобой одни на целом свете остались. Родители наши умерли, царство им небесное, почаще бы видеться. Ты же знаешь, где я живу, и недалеко тебе.
– Всё некогда, Любаша. Ты лучше посоветуй мне подарок молодым на свадьбу, у подруги дочь замуж выходит. Что-то такое практичное и симпатичное.
– Так вот, смотри! – И тётка указала рукой на тёплые пледы самых разных расцветок с красивыми цветами: бежевые, розовые, бордовые, синие. – Я бы посоветовала бежевый, ведь молодая пара, им приятнее укрываться таким будет. Берём?
Фёкла, одобрив, кивнула.
– Спасибо, сестричка, – сказала она и, взяв свёрток, быстро вышла из магазина. «Хорошо, что про личную жизнь не спросила», – облегчённо подумала она, спускаясь по тротуару к себе домой. У порога встретила Виктора, трезвого и побритого, что, бывало, очень редко.
– Привет, Вить.
– Здоров.
– Вить, я на днях вещи буду перевозить, поможешь?
– Чего ж не помочь соседке? Сделаю. А куда это ты собралась?
– На родину. Там дом остался от бабушки.
– Ну, дай бог, что б тебе жилось не хуже, чем на нашей Черешневой.
– Спасибо большое. «На до же, какой вежливый. Видно давно в загуле был и мозги на место стали»,-подумала женщина.
Зайдя к себе, Фёкла начала потихоньку паковать вещи. Решила перевозить частями, в основном одежду, а мебель и посуду лучше оставить, ведь иногда придется и здесь ночевать. Продавать квартиру пока не хотела, время покажет, что делать дальше. Светлана предлагала пустить квартирантов, но об этом не могло быть и речи:
– Не хочу я, чтоб у меня жили чужие люди! – возмутилась Фёкла.
– Так обворовать могут, если квартира будет пустая стоять, ты об этом подумала?
– Что тут красть? Мебель старую и мамин ковер?
– Жаль. Зря пустовать будет. А так хоть деньги какие-то.
– Не в деньгах дело. Может, мне придётся бывать здесь иногда, мало ли.
– Ну, смотри сама. А кто за ней присматривать будет?
– Соседи, конечно, но ключи никому не оставлю.
– Может, сигнализацию поставить?
– Не знаю даже, возможно, придётся. Подумаю ещё.
Она вспомнила, как однажды они с бывшим мужем ездили отдыхать летом на море и не были дома целый месяц, а когда вернулись, всё было покрыто толстым слоем пыли. Поэтому решила, что накроет всю мебель старыми простынями, а пол – целлофановой пленкой. Но до этого дня было ещё далеко.
