— Не помню, когда я в последний раз была в клубе. Наверное, я просто пытаюсь насладиться… этим.
Зэди посмотрела на коктейль Грей.
— Будешь «Маргариту»?
— Сегодня отдыхаю от текилы.
— Ты так осторожна.
Грей ничего не ответила и просто смотрела на старуху, сияющую в темноте. Зэди допивала лед из своего коктейля.
— Когда уже вы двое просто возьмете и… обо всем расскажете?
Грей прищурилась.
— Не понимаю, о чем ты.
— Я о вас с Ником. И ваших отношениях.
Грей сидела неподвижно, как опоссум, в надежде, что Зэди переключится на кого-нибудь другого. Но Зэди уставилась на нее, ожидая ответа.
— Ник — мой начальник, — сказала Грей.
— Милая, но уж я-то знаю, кто он тебе на самом деле, — сказала пожилая женщина. — Кем он был для тебя до того, как появился «Рейдер Консалтинг». Я все-таки работник номер один, помнишь?
Как будто тот факт, что она «работник номер один», хоть что-то значил для Грей.
Зэди сделала глоток коктейля.
— Я знаю, что вы с Ником близки. Даже больше, чем близки. И еще я знаю, кто ты… Натали.
Зэди не сводила своих мерцающих глаз с Грей. Она допила коктейль и спрятала отрыжку изящной старушечьей рукой.
— Я знаю, что ты сбежала, — прошептала старуха. — Я знаю, что Ник помог тебе сделать это. И я заметила, что за последние две недели его настроение изменилось. — Она коснулась запястья Грей и сжала его. — Он любит тебя.
Глаза Грей наполнились слезами.
— Кто еще знает?
— Никто.
Грей медленно выдохнула.
— Вы можете держать это в секрете? Все это? Обо мне. И о нем?
— Что я и делала все это время. Не так ли? — При клубном освещении и отражении блесток глаза Зэди казались острыми, как лезвия бритвы.
— Я стара, но не глупа.
Воздух вокруг Грей был плотным, а бурбон булькал у нее в животе.
— Неужели Ник… Он рассказал…
— Он мне ничего не говорил. Я сделала всю бумажную работу за тебя. Ты же знаешь, Ник ненавидит работать с бумажками. Но не волнуйся. Я оставлю это на своей…
Кларисса, пошатываясь, вернулась за столик. Ее белая вуаль была испачкана губной помадой и гренадином и испорчена маленькими дырочками. Все это придавало ей вид изношенной москитной сетки.
— Вы будете танцевать или нет? — невнятно пробормотала она, вцепившись в плечо Грей.
Грей смахнула слезы.
— Нет. Сегодня Джим Бим — мой лучший друг.
Кларисса вытащила полупустую бутылку шампанского из серебряного ведерка со льдом. Как заядлый алкоголик, она поднесла его к губам и выпила через вуаль.
Грей было наплевать и на порванную вуаль, и на молодую невесту, пьющую из бутылки. Были вещи и похуже. Зэди знала, кто она, а Ник никогда не говорил о той роли, которую старуха сыграла в ее новой жизни.
Стало слишком шумно и слишком тесно. Люди. Вокруг толпилось слишком много людей. Над кабинкой диджея формировалось какое-то погодное явление из горячих тел и еще более горячих огней. Туман окутывал весь зал и клубился над указателями выхода.
— Я пьяна, — Кларисса скользнула в кабинку и положила голову на плечо Грей. — Я люблю тебя, Грей.
Ей потребовалась всего секунда, чтобы опустить веки, и вскоре она захрапела.
Друзья Клариссы по колледжу подошли к столику и сфотографировались с отключившимся почетным гостем.
Смеясь, Грей вытащила кубик льда из ее кружки и провела им по носу Клариссы.
Та фыркнула, проснувшись.
— А?
Девушки разразились громким хохотом.
Кларисса схватила сумочку с колен Зэди.
— Мне нужно идти спать.
Дженнифер вальсировала с парнем в плохом костюме. Голова у него была как у буйвола, и он пользовался таким же количеством одеколона, как Дженнифер духов. Они бы сгорели, если бы потерлись друг о друга голой кожей.
— Это Дилан, — сказала Дженнифер, — и… Только не говорите, что устали. Сейчас только час ночи.
— Мы устали, — сказали Кларисса, Зэди и Грей.
— А мы нет, — ответили пятеро девушек.
— Останься с нами, Джен, — умоляла блондинка Хейли.
Дженнифер повернулась лицом к своему спутнику с головой буйвола.
— Вместе пришли, вместе и уйдем.
Грей знала, что Дженнифер просто очень устала.
Четверо женщин пробирались сквозь толпу, натыкаясь на столы для игры в кости и стариков, тащивших кислородные баллоны. Группа из одного из соседних клубов начала исполнять песню «Сыграй фанк», и хотя Грей устала, она не могла удержаться и не станцевать под этот бит.
Сквозь музыку и шум игровых автоматов Дженнифер рассказала о своем новом друге Дилане.
Дженнифер Беллман прекрасно вписывалась в этот город тайн, а Грей уже так устала и от нее, и от яркого света, и от сигаретного дыма, и от расходов. За время ее отсутствия ничего не изменилось, и теперь, больше чем когда-либо, она хотела вернуться в Монтерей, единственное место, которое она действительно считала своим домом.
