– Пока раздобудь мне информацию об этой картине. Кто позировал, как полотно появилось на свет, что с ним происходило потом, особенно в военные годы. Должны были остаться какие-то свидетельства. Я хочу знать об этом шедевре все.
– Какое это имеет значение? Творение уже наше. Его история заканчивается здесь.
– «Наше»? Ты хотел сказать «мое»? Все имеет значение! – рявкает Марго. – Потому что это я буду устанавливать правила игры. Я хочу точно знать, кто еще будет разыскивать эту картину, чтобы смести их со своего пути.
Уайатт мнется у двери в надежде, что хозяйка передумает и предложит ему остаться. Когда этого не происходит, он молча выходит, тяжело ступая. Марго смеется про себя. Как он предсказуем!
Она ходит по своей спальне с подростковым интерьером. Марго не стала ничего менять, ей так больше нравится. Все тот же письменный французский стол кремового цвета и шкаф из этой же коллекции, книжные шкафы от пола до потолка, заставленные потрепанными оригинальными изданиями, многочисленные награды за верховую езду, разномастные камни, которые она натаскала из каньона, стеклянный кальян, приткнувшийся рядом с вставленной в рамку фотографией: Марго с дедом на виноградниках. Никаких снимков друзей и родственников – кому они нужны? Эта комната останется в неизменном виде, посторонним сюда вход воспрещен. Всего лишь раз границы ее владений были нагло нарушены. При воспоминании об этом грудь Марго сдавливает. Но такого больше не случится.
Она поднимает голову и смотрит на «Женщину в огне», взирающую на нее с другого конца спальни. Марго выдерживает этот властный взгляд. Белокурая богиня в языках пламени ростом сантиметров сто семьдесят – почти как ее новая владелица. На лице модели, представляющем собой идеальный овал, светятся большие миндалевидные зеленовато-голубые глаза. Высокие скулы, полные груди, пожираемые языками пламени, чувственные изгибы тела, теряющиеся в водовороте красок… Марго точно знает, что произошло. Предательство.
Она чувствует, что тело охватывает знакомый жар, у нее перехватывает дыхание – словно все происходит именно сейчас.
«Они думали, что им все сойдет с рук, – думает Марго, глядя в глаза женщине на картине. – Но они ошиблись».
Марго подходит к холсту вплотную.
«Кто ты? Ты была хорошим человеком? Или дрянью вроде меня? Жила ли на самом деле или ты плод воображения художника?»
Она осторожно снимает картину со стены и долго рассматривает, вбирая в себя сочные цвета, всю эту невероятную красоту.
«Теперь до тебя никто не доберется, – обещает Марго. – Ты принадлежишь только мне».
Мизула, Монтана
Затерянный в лесной глуши домик, окруженный соснами, которые возвышаются над ним, словно бдительные часовые… Кем бы ни был Адам Чейс, он точно не хочет, чтобы его кто-то нашел. Джулс устроилась на заднем сиденье автомобиля и вдыхает свежий, наполненный цитрусовым ароматом воздух, проникающий в открытое окно. Водитель притормаживает у самодельного почтового ящика, торчащего на толстом стволе и чем-то напоминающего забытый дровосеком топор.
– Да. Номер восемнадцать. Мы прибыли по адресу. Нам, видимо, по той дороге, – дает Дэн указания водителю.
Джулс вытягивает шею, чтобы разглядеть загадочный домик, который показался в просвете между деревьями. Автомобиль двигается по грунтовой подъездной дорожке и останавливается. Джулс хватает сумку и вытаскивает из багажника чемоданчик, пока Дэн расплачивается с водителем. Сердце выпрыгивает из груди. Она три недели собирала информацию, и вот момент настал! Звезда мира моды Эллис Баум и его внук-художник сойдут с печатных страниц и предстанут перед ней живьем.
Джулс прижимает к груди сумочку, чувствуя, как в животе порхают бабочки. Странное дело, куда больше она ждет встречи с Адамом, чем с Эллисом. Быстро пришедшая слава, тяжелые наркотики, репутация плохого парня, аресты, передозировка, реабилитация, таинственное исчезновение… Джулс даже пришлось подписать соглашение о конфиденциальности перед поездкой.
– Эй, ты чего застряла? – спрашивает Дэн.
– Иду.
Она снимает солнцезащитные очки, чувствуя на лице теплые лучи, и направляется к домику. Он на удивление маленький и непритязательный, а еще лишен любых деталей, делающих жилье уютным. Никаких ярких цветочных горшков, кустов или растений, нет коврика у двери, разноцветных кресел-качалок на крыльце, ничего, что говорило бы о личности владельца, помимо того, что он реально существует. С места, где стоит Джулс, хорошо видны пронзающие небо горные пики и сверкающая лента реки, протекающая позади домика. Вот и весь декор.
Входная дверь распахивается, и на улицу выбегают три дружелюбные охотничьи собаки шоколадного окраса. Джулс присаживается на корточки, гладит их и смеется, когда псы пытаются ее облизать. Она слышит, как Дэн представляется Адаму, встает, натыкается на пристальный взгляд изумрудно-зеленых глаз… Все настолько неожиданно, что Джулс замирает, словно получила удар под дых.
