После сказанного мужчина сразу вышел из комнаты, а затем и вовсе бесшумно исчез из квартиры, будто его и не было тут никогда.
Просмотрев документы, подготовленные инспектором Непримеровым для вывода Дунаева на бесконвойку, подполковник Залихванов задумчиво покачал головой.
– Сложное мероприятие… На двенадцать лет сварганили приговор! – воскликнул он, тем не менее ставя на бумаге свою подпись. – А статей-то набухали… пол уголовного кодекса! Нет, здесь без помощи Витязя нам этот вопрос не осилить. Ведь у любого, кто посмотрит эти документы, волосы встанут дыбом! Такой срок, а отсидел из него с гулькин… Как только комроты принесут эти бумаги, он тут же подумает, что белая горячка у нас началась. Ступай пока, я лично переговорю с Глебом. И да, чуть не забыл… Давай, прогуляйся до ШИЗО и выведи Усковца в зону, а заодно прощупай, что он за человек. Если к тебе придёт Дунаев, скажи, что делаем всё возможное.
Залихванов тяжко вздохнул, а подумал он совсем о другом: о том, как привёз вчера дочери шкаф, который изготовил Пашка Съедалин. Уважал хозяина Пашка, потому и шкаф сработал на славу, да что-то молодые не шибко ему обрадовались. «У замминистра такой не стыдно поставить, а эти лишь для приличия еле-еле состроили довольную мину. Зять лейтенантишка, дочь вообще никто – слава богу, хоть секретуткой удалось на завод пристроить; зато одеваются – всю жизнь проработаешь, а такого хрен купишь! Ничего не поймёшь… Помнится, договорился однажды насчёт Марианны (как раз место библиотекарши освободилось в следственном изоляторе), так она, дура, упёрлась! Боится она, видишь ли, с уголовниками работать… Зато шляться по городу по ночам не боится!»
Залихванов сердито нажал кнопку на пульте прямой связи с командиром охранной роты и прижал к щеке трубку.
– Глеб, привет! У тебя как со временем? У меня тут к тебе базар один есть, заглянешь?.. Когда? Да хоть сейчас! Ну лады!
… – Ты-то ещё ничего не знаешь, а я вот второй день ломаю себе голову, – заговорил начальник лагеря, как только комроты переступил порог его кабинета. – Дверь закрой на замок, – попросил он капитана, доставая из стола бутылку водки.
– Кстати, Василий Никитыч, кстати! – одобрил такой поступок командир роты. – Вроде тепло на улице, а всё равно прохватило где-то, – поёживаясь, объяснил капитан, как вроде бы и водки он выпьет лишь для того, чтобы изгнать простуду.
Офицеры пропустили по стакану, зажевали пряником, который оказался в кармане у Витязя, и Залихванов продолжил свой разговор:
– Тут нам в зону двух агентов внедрили, кагэбэшники из Москвы… Дела их состряпали будь здоров, чтобы они под личиной зэков что-то здесь выяснили… Да нет, не в нашей деятельности, – успокоил вознамерившегося что-то сказать Витязя Залихванов. – Здесь, якобы на приисках в наших краях, какая-то солидная мафия с золотишком балует по-крупному. Ну и вот! Помощь им наша потребовалась, они и рассекретились. Да ещё выяснилось, что и мой Непримеров их штатный сотрудник… – подполковник снова плеснул по полстакана водки. – В общем, оперчасть подготовила документы, я подписал, и теперь надо этих двоих вывести на бесконвойку. Дунаев и Усковец их фамилии по личным делам, а так один майор, другой капитан. С майором уже я беседовал, вроде эрудированный, и так нормальный, свойский мужик. Я, он и Непримеров раздавили здесь в кабинете три бутылочки на троих! – Залихванов хохотнул, правда как-то не очень искренне. – А знаешь, чем закусывали сначала?.. Этот комитетчик притащил с собой шоколад… Белая кость, едрёна вошь!
– Мистика какая-то, – недоверчиво пробурчал Витязь, перелистывая уголовные дела Дунаева и Усковца, когда подполковник полностью закончил рассказ. Потом он опрокинул в себя налитые полстакана и, в упор уставившись на собеседника, просто-напросто выдохнул:
– А если это всё сказки бабушки Нинилы, тогда что?! Проверить бы как-то…
– А как ты проверишь? Не посодействуй сейчас им, наверняка полетят с нас погоны! Он ведь ко мне не один пришёл, а с инспектором, и тот за него горой! Майор КГБ содействия, говорит, просит, а вы колеблетесь. За это, мол, знаете, что бывает?! А оно так и впрямь! Демократия-то она демократией, а с КГБ только свяжись!.. – сердито хмурясь, хозяин помолчал в нелёгких раздумьях, а потом, тяжело вздохнув, заключил: – Вместо пенсии загремишь в психушку под старость лет!
– Ну что ж… Надо, так выведем! – согласился Витязь. – Я там солдатам потихонечку накажу, чтобы они получше за ними приглядывали, – и тут же предложил: – А может тебе всё-таки начальнику УИД позвонить?
– Брось ты! – испугался Василий Никитович. – Если они из Москвы и с секретным заданием, то он-то откуда что знает?! Тем более, майор этот предупредил, что членами «золотой» мафии являются несколько человек из руководства УВД, и поэтому никому ни гу-гу! А представь, если мы сорвём им операцию?!
Офицеры помолчали, потом Витязь разлил по стаканам оставшуюся водку и сказал уже совершенно другим, оживлённо-радостным тоном:
