— Большинство хирургов будут настаивать на операции. Хирурги для этого и предназначены, правда? Разве это в интересах вашего ребенка? Не думаю. Прежде всего, потому, что сейчас вашему мальчику совсем не нужен пенис длиной двадцать сантиметров, пенис нужен ему только для мочеиспускания, его чувствительность кажется мне нормальной (у него возникала эрекция при малейшем контакте, как у всех новорожденных мальчиков). Процесс роста не завершен, ему еще расти и расти, и точный размер своего пениса он узнает, только когда вырастет. Множество мужчин с коротким пенисом обладают нормальной сексуальностью и могут иметь детей. Но если он решится на операцию, он всегда сможет ее сделать. Что касается вашей девочки, УЗИ показало, что у нее есть матка, следовательно, у нее будут месячные, но только по достижении половой зрелости, то есть — даже если она созреет очень рано — не раньше восьми или девяти лет. За это время возможности пластической хирургии вырастут. Сегодня для них обоих хирургическое вмешательство будет носить исключительно косметический характер и может вызвать драматические последствия, такие как потеря чувствительности, проблемы с рубцеванием и так далее. Вам нужно время, чтобы тщательно все обдумать. Время вам понадобится также для того, чтобы узнать больше об анатомических вариациях половых органов, таких, какие обнаружились у ваших детей. Не торопитесь, наблюдайте за тем, как они растут, любите их. Сейчас им нужна ваша любовь, а вовсе не хирургическое вмешательство.
Эту речь я произнесла на одном дыхании, мне не нужно было долго размышлять, поскольку это был единственный, на мой взгляд, уместный ответ. (Я этого не сказала, но много об этом думала: большинство хирургов склонны считать себя Богом, а среди пластических хирургов таких людей еще больше. Я отлично помню, как слышала по радио: координатор одной из первых прививок в руку сказал, что «мог бы привить даже мужские яички». Этот комментарий привел меня в ярость и убедил в том, что таких людей нужно по возможности держать от профессии подальше.) Родители выслушали меня и, надеюсь, успокоились, тем более что я женщина. Вероятно, они решили, что из-за этого я отнеслась к их проблеме особенно чутко. Разумеется, это никак не было связано с моим хромосомным полом, но выводить их из заблуждения я не стала. Однако это заставило меня задуматься о том, каким колоссальным влиянием и властью я обладаю, а поскольку я хирург, я могла упражняться на отчаявшихся родителях, убеждая их согласиться на срочное вмешательство или, напротив, успокоив их и объяснив, что они могут подождать.
Итак, когда Матильда Матис задала мне
— По-моему, прежде чем прикоснуться к человеческому телу, нужно подумать о последствиях, но, к несчастью, слишком многие хирурги сначала отрезают, а потом думают.
— Это касается всех хирургических вмешательств, разве нет?
— Да, но необязательное удаление аппендикса влечет за собой совсем не такие трагические последствия, как неовагина у грудничка, правда? Согласно статистике частота появления на свет детей с половыми органами, «не соответствующими канонам», составляет от одного на тысячу до двух на сотню, при этом сразу после рождения их жизни ничто не угрожает. Однако многие педиатры и хирурги спешат «нормализовать» ситуацию, не посоветовавшись с теми, кого это касается в первую очередь.
— Но ведь невозможно спросить у грудничка его мнение…
— Да, но можно проинформировать родителей, не приставляя к их горлу скальпель, и сказать им, что нужно подождать, пока их ребенок станет достаточно взрослым, чтобы
Матильда задумчиво покачала головой и сказала:
— А если бы было возможно… скажем… «гармонизировать» половые органы «промежуточного» грудничка нехирургическим способом?
Она знала, что делает. Это
— Это был бы колоссальный прогресс, но я не понимаю, как…
— «WOPharma» разрабатывает гормональную методику клеточной стимуляции, которая позволит создать ткань половых органов из клеток-штаммов донора.
— Я думала, что разведение клеток-штаммов запрещено?
— Во Франции. Но наши исследовательские лаборатории разбросаны по всему миру…
— Это не позволяет вам пользоваться данной методикой во Франции.
— Нет, но один из наших соседей это не запрещает…
— Вы хотите сказать, что эта техника
