Женский хор полностью

Выхода не было, и я приняла решение: вытолкала кресло во двор, усадила Сесиль на заднее сиденье своей машины, прикрепила к стеклу пакетик с физраствором, села за руль, сказав себе, что я слишком рано сдалась, на днях… когда это было? Тысячу лет назад — и мне надо лишь закрыть глаза, скрестить пальцы и попросить великое космическое равновесие установить баланс. Ведь остановило же оно автобус по просьбе Сесиль, значит, оно может сделать так (а я могу повернуть ключ, ведь именно это нужно сделать для того), чтобы мотор завелся.

И, черт побери, неужели все дело в силе моей мысли, — он завелся!!!

Позже, разместив Сесиль в своей комнате и успокоив ее: Нет, ты не беременна, я бы тебе сказала, да, клянусь, — я вспомнила, что в семь часов вечера за мной должна заехать Матильда и отвезти ужинать. Семь часов вечера давным-давно миновало, а поскольку я уже целую вечность не заряжала мобильный, он не звонил, да и в любом случае я бы не ответила. Она оставила странные сообщения. Тревожные. Немного нервные. Ведь я кидала ее уже два раза, два вечера подряд. Если бы она была моей любовницей, у нее было бы полное право спросить, а у меня — честно ей ответить: Нет, спасибо, дорогая, пока это было, было хорошо, но сейчас все закончилось, давай останемся друзьями, — но у нас обстоятельства другие, поэтому я, пожав плечами, отправила ей эсэмэску: Прости, на работе в больнице, позвоню завтра — и установила на мобильном режим «Без звука».

Ночь. Я лежала без сна, встала с дивана, подошла к своей комнате, она хотела, чтобы я оставила дверь открытой, но не захотела оставлять в коридоре свет, как будто зияющая дыра открытой двери не такая страшная, как закрытая дверь, не такая грозная, как свет. Я посмотрела на нее, она мирно спала.

Я знала, что не засну, села на диван, вытянула ноги и положила их на журнальный столик, открыла ноутбук и, продолжая слышать голоса Стейси, Тирни, Эллы, Дианы, женщин-хозяек своей жизни — а если они и не являются хозяйками жизни, то настолько умело делают вид, что даже становится забавно, — написала следующее:

Сегодня во Франции женщины по достижении совершеннолетия имеют право голосовать и несут такую же ответственность, что и мужчины. Перед лицом закона у них такие же права и обязанности, как и у мужчин. Только они решают, иметь сексуальные отношения или отказаться от них, принимать средства контрацепции или не принимать, делать аборт или не делать, беременеть или пройти стерилизацию. Никто не имеет права их порабощать или обращаться с ними как с малыми детьми.

Однако сегодня, независимо от того, беременеют они или решают предохраняться, проходят обследование на рак шейки матки или лечат гинекологические заболевания, женщинам до сих пор приходится ложиться на спину, раздвигать бедра, выставив напоказ половые органы, то есть принимать унизительную позу, навязанную им врачами без всякой медицинской необходимости.

Поза под названием «английская» (в положении лежа на боку) позволяет проводить все гинекологические процедуры. Кроме того, она позволяет вести роды без всякого риска для матери и ребенка. Во многих странах мира именно в этой позе женщин осматривают, лечат или принимают у них роды. Именно в этой позе у них есть возможность выбирать — смотреть или не смотреть на то, что с ними делает врач.

Мы требуем, чтобы все французские врачи предлагали своим пациенткам по желанию принять позу «положение на боку» вместо навязанной мужчинами традиционной гинекологической позы, к которой женщины принуждаются до сих пор, несмотря на то что на дворе XXI век.

Мы требуем, чтобы эта обязанность была прописана в кодексе профессиональной этики и в кодексе общественного здоровья, в практических справочниках, которые вручаются всем практикующим врачам во время обучения на всех факультетах.