Женский хор полностью

В кабинет вошла мать, и Карма преградил путь мужчинам, которые намеревались последовать за ней. Он указал на кресла в зале ожидания, сухо произнес «Присядьте!», подождал, пока две гориллы сядут, и лишь потом закрыл дверь в кабинет.

— У нее обезвоживание, — сказала я, осторожно приложив палец к губам Сесиль. Я повернулась к матери и рявкнула: — Как давно у нее лихорадка?

— Я ничего не знаю! Почему вы говорите со мной в таком тоне?

— Вы ее мать, и такие вещи вы должны знать, разве нет?

— Она мне ничего не говорит! Она приходит, уходит, я даже не знаю, где она шляется!

Сесиль потянула меня за рукав, я наклонилась к ней, и она прошептала мне на ухо:

— Пусть она уйдет. Не хочу ее видеть. Не хочу их видеть. Пусть они уйдут. Пожалуйста, я не хочу туда возвращаться!

Карма подошел к нам. Я посмотрела на него.

— Это твоя пациентка? — спросил он, приподняв бровь.

Его вопрос выбил меня из равновесия. Я не собиралась действовать в обход него.

— Я… не знаю, я…

— Я хочу, чтобы меня лечила она, — сказал Сесиль, вцепившись в мою руку.

Карма наклонил голову:

— Ваши указания, доктор Этвуд?

— Ее нужно госпитализировать. Но вначале я осмотрю ее здесь, пока УЗИ под рукой… — Я наклонилась к Сесиль и тихо сказала: — Чтобы удостовериться, что ты не беременна.

Сесиль кивнула и едва заметно улыбнулась.

— Во сколько мне все это обойдется? — спросила мать.

Я снова посмотрела на Карму. Он наклонил голову.

— Мадам, — сказал он, подхватив ее под руку и направившись с ней к двери, — сейчас я попрошу вас выйти.

— Как это? Она моя дочь, и, если я хочу остаться, я останусь.

— Сесиль совершеннолетняя, и ей необходимо уединение, так что будьте так любезны…

— Что? — закричала женщина, разворачиваясь к своей дочери. — Так ты благодаришь меня за все, что я для тебя сделала? Это тебе с рук не сойдет! Во-первых, я не хочу, чтобы ее лечили здесь, я отвезу ее в другую больницу! — взревела она, подбегая к двери. — Филипп! Жан-Клод! На помощь!!! Они хотят отнять у нас Сесиль! Сюда!!!

— Ооооо… черт, — пробормотал Карма, подняв глаза к небу. Затем, взглянув на нас троих, медсестру, Сесиль и меня, добавил: — Главное, не двигайтесь.

Через открытую дверь я увидела, как две гориллы пришли в движение. Карма уже стоял на пороге и поднял руки, призывая их успокоиться:

— Ну же, ну же, господа. Давайте успокоимся. Ус-по-ко-им-ся.

Один из мужчин попытался ударить его в лицо. Карма быстро уклонился, кулак врезался в перегородку и застрял между обломками штукатурки и древесиной. Второй мужчина замахнулся, но Карма нагнулся и ударил ему между бедер. У мужчины перехватило дыхание, и он согнулся пополам. Сжав кулаки, Карма стоял неподвижно и почти расслабленно. Когда второй тип отдышался и поднялся, озверевший от гнева, Синяя Борода зарядил ему подряд три удара в лицо, а завершил все это ударом слева в подбородок. Мужчина пошатнулся и опрокинулся на низкий столик.

В это время первый бандит, собрав все свои силы, все же вырвался из ловушки и направился к нам, потрясая окровавленным кулаком. Я подала медсестре знак отступить, а сама пошла ему навстречу. Он сально усмехнулся:

— Думаешь, я испугаюсь бабу?

— Нет, я думаю, вам стоит как следует подумать, прежде чем вы сделаете еще шаг.

— Почему же, цыпонька? — сказал он и схватил своим кулачищем воротник моего халата. — Чем я рискую?

Не успел он закончить фразу, как моя левая рука обернулась вокруг его запястья, правая легла на локоть, и — без усилий, Скарабей, без усилий — я вывернула ему руку. Вскрикнув, он развернулся, согнул колени и опустился на живот. Я поставила правое колено на его спину, надавила на него всем весом и заблокировала ему плечо приемом, который, как я знала, очень болезненный.

— Вы рискуете… остаться с вывихнутым плечом. Хотите?

— Грязная шлюха, ты увидишь, что я с тобой сделаю, когда ты…

— Если вы настаиваете…

Я нажала сильнее, совсем чуть-чуть. Плечо сместилось со зловещим треском, тип издал короткий вопль и потерял сознание от боли.

— О-ля-ля, мужчины сейчас уже не те, что раньше.

Карма, который склонился над своим противником и стал измерять ему пульс, через открытую дверь бросил на меня печальный взгляд:

— Нужно было их предупредить, что в молодости я занимался боксом… А ты… что у тебя за секретное оружие?

— С пятнадцати до восемнадцати лет я занималась айкидо. К сожалению, мне пришлось это бросить, когда я ушла в медицину…

— Ты в отличной форме!

— Это как секс или велосипед — это не забывается.

А жирные дровосеки дают возможность потренироваться…

— О, браво! — воскликнул он, осматривая свою жертву. — Думаю, я сломал ему нос и выбил пару зубов. А ты?

— Сущие пустяки. Вывих плеча. Когда будут вправлять, ему будет гораздо больнее.

— Мы слегка переборщили, да? — сказал Карма, поднимаясь и поправляя халат. — Все это насилие — это ужасно.

Я тоже поднялась и повернулась к матери Сесиль, которая окаменела и стала похожа на статую. Она смотрела на меня раскрыв рот.