За время недельного отсутствия миссис Гибсон дважды написала мужу. Эта новость доставила глубокое удовлетворение обеим мисс Браунинг, которые в последнее время держались в стороне от дома, где, как они решили, им не были рады. Сестры часто коротали зимние вечера в обсуждении семейной жизни мистера Гибсона, а обладая лишь догадками, находили тему бесконечной, так как могли изо дня в день изобретать новые возможности. Одной из тайн оставался вечный вопрос, как мистер и миссис Гибсон ладили между собой; вторая загадка заключалась в том, экстравагантна ли миссис Гибсон или нет. Два письма за неделю отсутствия свидетельствовали о том, что в те дни считалось очень высокой степенью супружеской привязанности, но не чрезмерной, ибо почтовые расходы составляли всего-то одиннадцать с половиной пенсов. Третье письмо показалось бы экстравагантным. Когда накануне возвращения миссис Гибсон Молли сообщила о получении второго, сестры переглянулись и одобрительно кивнули. Они пришли к выводу, что два послания свидетельствуют о взаимопонимании в семье доктора Гибсона: большее количество стало бы излишеством, а меньшее — формальным исполнением долга. Разногласие между мисс Клариндой и мисс Фиби возникло относительно того, кому было бы адресовано второе послание, если бы пришло. Написать дважды мистеру Гибсону означало бы проявить супружескую привязанность, но в то же время и Молли заслужила свою долю внимания.
— Ты сказала, дорогая, что пришло еще одно письмо? — спросила старшая мисс Браунинг. — Наверное, в этот раз миссис Гибсон адресовала его тебе?
— Это письмо наполовину мне — от Синтии, — а все остальное посвящается папе.
— Очень мило. Что же пишет Синтия? Хорошо проводит время?
— О да. Они давали званый обед. А однажды вечером, пока мама была у леди Камнор, Синтия вместе с кузинами ездила в театр.
— Подумать только! И все это за одну неделю? Не слишком ли много развлечений? Четверг ушел на дорогу, пятница на отдых. Воскресенье — везде воскресенье, а написали они, должно быть, во вторник. Что же! Надеюсь, вернувшись в Холлингфорд, Синтия не заскучает!
— Не думаю, что это возможно, — вставила мисс Фиби с ухмылкой и многозначительным взглядом, неуместным на простом добром лице. — Мистер Престон часто вас навещает, не так ли, Молли?
— Мистер Престон! — вспыхнув от удивления, повторила Молли. — Нет, совсем не часто. Всю зиму он провел в Эшкомбе. Только что вернулся сюда. Что заставило вас спросить об этом?
— Ах, одна птичка начирикала, — хихикнула мисс Кларинда.
Эту «птичку» Молли знала с детства, глубоко ненавидела и мечтала когда-нибудь поймать и свернуть шею. Почему бы просто не сказать, что не готовы назвать имя сплетника или сплетницы? Однако для мисс Кларинды эта поговорка оставалась любимой, а мисс Фиби и вообще считала ее вершиной остроумия.
— Однажды птичка пролетала по Хитлейн и увидела мистера Престона в паре с молодой леди — не скажем, с кем именно. Они прогуливались… хм… очень дружески. Он ехал верхом, но дорога поднималась на небольшой деревянный мост через ручей…
— Возможно, Молли призвана хранить секрет, и мы не должны ее спрашивать, — вставила мисс Фиби, заметив крайнее недовольство и смущение гостьи.
— Секрет невелик, — возразила мисс Кларинда, отказавшись от образа птички и горделиво осудив вмешательство сестры. — Мисс Хорнблауэр утверждает, будто мистер Престон сообщил, что помолвлен…
— Во всяком случае, не с Синтией, это я знаю наверняка! — горячо воскликнула Молли. — Прошу, прекратите передавать подобные ложные известия. Даже не представляете, сколько вреда они способны причинить! До чего же ненавижу пустую болтовню!
Конечно, со стороны Молли было не очень вежливо говорить в таком тоне, однако она думала о Роджере: разочарование, доставленное сплетнями, если бы он их услышал (в центре Африки!), заставило забыть о приличиях.
— Ай-ай, мисс Молли! Не забывайте, что я вам в матери гожусь, и не пристало мне грубить. «Пустая болтовня», подумать только! Право же…
— Прошу прощения, — извинилась девушка, вовсе не раскаявшись.
— Думаю, ты не специально нагрубила сестре, — вмешалась мисс Фиби, пытаясь загладить раздор.
Молли сразу не ответила: хотелось объяснить, сколько вреда могли причинить досужие разговоры, — потом все же сказала, пылая гневом:
— Разве не понимаете, что сплетничать плохо? Что, если кто-то из них увлечен вовсе не этим человеком? Такое вам не приходило в голову? Что, если, например, мистер Престон с кем-то обручится…
— Молли, мне глубоко жаль эту женщину, честное слово. Я очень плохого мнения о мистере Престоне, — заявила мисс Кларинда.
— Да, но его избранница вряд ли захочет слышать такие слова.
— Возможно, но вот что я тебе скажу: это крайне легкомысленный человек, и молодым леди лучше держаться от него подальше.
— Возможно, они случайно встретились на Хитлейн, — заметила мисс Фиби.
— Ничего не знаю, — ответила Молли. — Признаю, что вела себя неподобающе, но прошу: больше никогда не говорите на столь неприятные темы. У меня есть собственные причины просить вас об этом.
