Ихиль восседал на небесной трибуне, парящей между облаков, и смотрел на кружащих в небе ангельских воинов-легионеров. Битва шла уже не первые сутки, но никто не желал проигрывать, как и признавать поражение.
«Чертов ЦИКЛ», – подумал Ихиль и поежился.
Тринадцать кругов, тринадцать испытаний. С каждым последующим число противников эквивалентно уровню сложности, а на финальном испытании предстоит бой с Архангелом.
ЦИКЛ – очередная издевка отца и способ Аира тренировать легионеров, невзирая на кровопролитность и безжалостность сражений. Лишь лучшие из лучших испытывали себя на прочность и пытались дослужиться и встать рядом с Архангелом. Однако нужно провести тринадцать боев и выиграть двенадцать раз.
Почему двенадцать? Тринадцатый поединок никому осилить еще не удавалось. Никто не мог победить командира. Изначально преодолеть следовало все тринадцать, но после нескончаемых провальных попыток Аиррэль сжалился и снизил порог. Саймоэль оказался одним из первых, кто прошел испытания, как и Лионел. Вышеупомянутых легионеров Аир знал в лицо и много раз сталкивался с ними, остальных видел реже.
За внешне спокойными ангельскими ликами скрывались беспощадные хладнокровные убийцы, в числе которых был и его отец.
Ихиль никогда не чувствовал себя принадлежащим этому миру, не смог свыкнуться с новой сутью окончательно, да и другие новобранца не приняли. Он ощущал себя отшельником, волком-одиночкой. Сначала парень так и думал, а потом оказалось, что ангелы сами по себе одиночки, не умеющие дружить.
Став легионером, Ихиль не сумел ни с кем сблизиться, даже назвать кого-либо приятелем или знакомым. На земле за крошечный – по небесным меркам – период у Ихиля были и друзья, и враги, а здесь… серая полоса без хороших и плохих, только нейтральные.
Взять хотя бы отца… Даже с ним не получилось завязать нормальные отношения. Для парня оставалось загадкой, как Архангел связался с демоном, как приютил кота и странного пухляша Маршала, но не смог понять родного сына. А теперь и странная девушка… Что-то во взгляде и словах отца насторожило Ихиля…
Почему она живет в замке?
Быть сыном Архангела не приносило счастья, наоборот, все усложняло. На него косились, ждали чего-то грандиозного, сравнивали с легендой, а затем разочаровывались и перешептывались. Ангелы отличались сдержанностью, и ему не доводилось еще слышать сплетен, но они были.
Ихиль знал это, стоило схлестнуться с кем-то взглядом. Однако довольно быстро всем стало наплевать, то ли смирились, то ли интерес к его персоне спал.
Ихиль никогда не желал пройти круг, но вовсе не потому, что боялся, хотя и это тоже. Парень не чувствовал потребности что-либо доказывать отцу и небесному окружению. Да и погибать не хотелось…
Не слишком часто, но иногда испытания имели фатальный исход.
И из-за какой-то барышни отец обещал отправить его проходить ЦИКЛ? Значит, безликая ангелика ему дороже сына, которого он готов подвергнуть опасности?
К Ихилю подлетел ангел с лицом и телом подростка. Присел рядом, достал из пустоты свиток и развернул. Золотые письмена вились на золотистом полотне и подсвечивались.
– Архангел передал включить вас в N-Легион под началом Лионела.
Ихиль посмотрел на список имен и обратился к писчему:
– Я встретил ангелику, но не знаю, кому она подчиняется.
– Имя.
– Скаяэль.
– Нужен порядковый номер, – сухо ответил ангел с обманчивым обликом мальчишки без каких-либо эмоций и повернул свиток, показывая высвеченные имена. – Десять тысяч совпадений.
Ихиль отмахнулся и понял, что затея изначально выглядела глупо.
– Вступаете в подчинение Архангела Аиррэля. Да пребудет с вами Небесная Благодать и Эль-Элион.
Ихиль кивнул и пробурчал согласие. На сей раз он намеревался, вопреки прежним установкам, добиться разрешения на Обряд, чего бы ему это ни стоило…
На повестке остались три самых сложных демона: Азазель, Данталиан и Аббадон. Девиц я решил оставить напоследок, на них ставки не делал, а вот эта троица весьма меня беспокоила.
Я решил пойти от сложного к эпическому и выбрал первым Данталиана. О нем знал достаточно, видел владения демона, и мы не раз пересекались в клубах и пили из одной чарки. Он был отменным подстрекателем, часто раздувал конфликты и обнажал клинки, срубал головы и проливал кровь опрометчивых противников.
Но я удивлен: почему он сам до сих пор не обезглавлен, с его-то языкастостью? Со мной Данталиан был учтив ради выгоды, слава о пороках и удовольствиях в моих заведениях возводила меня в ранг покровителя разврата, а я лишь давал местным то, чего они хотели, – ни больше и ни меньше.
Данталиан нашелся практически сразу же – стоило мне переступить порог казино. Я с восторгом и гордостью осмотрел свои владения и вновь поразился размаху.
Казино высилось крученой спиралью до вершин черных гор и уходило под землю на несколько десятков этажей. Здесь, среди оранжево-красных вспышек огня, был весь Нижний свет в своей порочной красоте: с полуголыми крупье, шлюхами на любой вкус и черными, как мгла, монетами с кровавой каплей в центре.
