– Может, объясните, почему так происходит: стоит мне ненадолго отлучиться, затеваются разборки?
– Сейчас это моя вина, – призналась я. – Мы не ругались, обсуждали спорные моменты и увлеклись.
Ихиль молча слинял, а я почувствовала себя виноватой.
– По-моему, я его обидела, – огорченно пробормотала я.
– Переживет, не маленький, – бросил демон и решил отвлечь меня, предложив сыграть в покер.
Аиррэль куда-то отлучился.
Велиал проигрывал мне третью партию подряд, злился и пыхтел. Ерничал и возмущался, когда Аир вернулся в замок в компании странного существа с телом человека и головой панды. Гость был высоким и подтянутым, хотя и находился в преклонном возрасте. Он умел располагать к себе. Оказалось, его зовут Гирард, и он не просто полулюд, а еще и художник, который написал мою любимую картину, что висела в гостиной над камином, но была уничтожена в огне.
Я жалостливо смотрела на пустующую стену, однако сейчас нас всех ждал сюрприз. Аиррэль вынул из пустоты сверток, совершил распаковку, и я с радостным удивлением увидела такую же картину, но гораздо меньшего размера. Теперь мы снова могли лицезреть шедевр Гирарда, который Аир тут же повесил на прежнее место.
Гирард запечатлел на холсте двух братьев со спины в хаосе Апокалипсиса, разрухе и военных конфликтах. Изобразил слегка побитыми, но не сломленными и верными своей дружбе и сердцу. Теперь-то я, конечно, знала, кто именно изображен на полотне, поэтому произведение искусства становилось дороже всех на свете.
Гирард оказался интересным собеседником, непревзойденным рассказчиком и уникальным учителем. Он показал мне пару новых техник и методик живописи, оценил несколько эскизов и дал уйму дельных советов, а потом нарисовал мой портрет и подарил.
Я смотрела на картину и понимала, что мне далеко до профессионала. Мастеру удалось изобразить меня такой, какая я есть, без всяких прикрас, Гирард словно перенес на бумагу не краски, а характер и оживил личность.
– У меня никогда не было портрета в красках, спасибо, – улыбнулась и тихонько спросила: – А вы задержитесь до вечера?
– Думаю, да, а что?
Велиал куда-то ушел, и мы остались вдвоем.
– А вы можете нарисовать мне их? – заговорщически прошептала. – Аиррэля и Велиала? Вместе? Я хотела бы забрать с собой в Терру хоть рисунок.
– Ты прекрасно рисуешь.
– Но не настолько точно, как вы.
– Не могу отказать тебе, дитя.
Гирард достал новый лист и принялся за работу. Заняло это у него часа два или чуть больше.
Я не отвлекала, но Гирард не разрешал смотреть, а затем показал мне готовый рисунок. Идеально, но художник добавил и третьего персонажа, который находился в центре, как раз между Аиром и Велиалом.
Я поморщилась, не ожидав увидеть себя рядом с бессмертными. Отличия между нами имелись, и существенные.
– Не нравится?
– Очень нравится! – взяла лист и посмотрела на аквамарины, провела пальцем. – Бессмертные выглядят идеально. Спасибо вам огромное.
– Ты отлично вписываешься, Скай, – гость улыбнулся, словно раскусив червячка сомнений в моих мыслях. Однако мне было не суждено оставить себе на память подарок. Внезапно в гостиной появилась Лиирта и выхватила из моих рук рисунки.
– Отдай!
Я вскочила, покраснела и рассердилась. На крики в гостиную заявились абсолютно все и, разумеется, стали свидетелями очередной ссоры. Подобного унижения я давно не испытывала.
– Так-так, гусеница. Значит, мне портрет никто не нарисует, а тебе аж два. Задница не слипнется? – Стерва изучала работы мастера. – Ох, Гирард, что ж ты так льстишь гусенице? Приукрасил бесцветную зеленую жабу, чуть ли не возвел в ранг королевы.
– Отдай рисунки. Они тебе не принадлежат и не тебе ими распоряжатьс, – голос Аира заставил меня вздрогнуть, но ангелика и глазом не моргнула.
– Держи, смертная, свой портрет, мне он без надобности, – Стерва швырнула лист, как подачку. Я подхватила, прижала к груди. – А вот это поинтереснее, – златовласка покрутила другим рисунком. – И не стыдно тебе просить рисовать себя рядом с ними? Мою пару захотела – и без моего позволения?
У меня горели щеки и не хватало воздуха в легких. Стало ужасно стыдно из-за своей просьбы. Как же неловко перед всеми! Да и перед гостем неудобно.
– Закатай губу, гусеница. Считаешь, что имеешь право быть изображенной возле него? Да кто ты такая?!
– Замолчи! – Аиррэль крепко взял Стерву за локоть, у Архангела аж побелели костяшки пальцев. – Ты позоришься. Выставляешь себя на посмешище.
– Ты виноват, что не можешь уследить за гусеницей.
– А может, за своей парой?
Дым под ногами демона начал клубиться и разрастаться по зале озорными, но опасными завихрениями.
– Хочешь получить рисунок обратно? Убеди меня, гусеница, что не любишь его.
Я вытянулась в лице, оглядела собравшихся. Какой ужас. Стыдоба. Хорошо хоть Ихиля нет поблизости.
– Я не обязана ничего доказывать.
– Замечательно! – Стерва высвободилась, показательно разорвала лист и подбросила клочки бумаги в воздух.
– Гирард, извини, что стал свидетелем отвратительного зрелища, – Аир схватил Лиирту за запястье и исчез вместе с ней.
Я смотрела на порванный рисунок и едва сдерживала слезы.
