— Все в порядке, — тем не менее упрямо произнесла я вслух. — Только вот говорить мне особенно не о чем. Дело в том, что я увидела вокруг этой «бездны» облако из желтоватой пыльцы… Очень похожей на вещество с тонкого плана. Нам с Дэйром приходилось сталкиваться с подобным, — объяснять ситуацию с риском выдать Дэриэлла мне не хотелось, но что-то сказать было необходимо. — И воспоминания остались не из самых приятных. Поэтому действия были инстинктивными… и агрессивными, — фраза вышла сухой и неловкой, и близко не описывающей то безумие, которое захватило тогда все мое существо. Но Риан, кажется, поняла, да и Феникс с Айне тоже… Если будет нужно, они объяснят. — Обычно у меня лучше получаются манипуляции с тьмой, но на сей раз я ударила светом. Точнее… — я замялась, подыскивая более точные слова. — Попыталась ударить. «Бездна» каким-то образом закрылась, и
Пока я говорила, легкое головокружение постепенно отступало, и к концу речи самочувствие мое уже можно было искренне назвать сносным. Только усталость навалилась жутчайшая — как будто я марафон бежала.
А ведь мне еще предстоял разговор по душам с Ксилем…
— Тонкий план, значит, — задумчиво пробормотал Холли, отводя взгляд. — Вот тебе и ключик, вот тебе и замочек, а надобно ли за дверь-то заглядывать?.. Ну, ладно, — внезапно улыбнулся он. — Доведите свою подругу до дому да возвращайтесь, милые, — обратился Холо к Феникс и Айне. — Мы с вами еще потолкуем. А Найта пускай отлеживается, отсыпается — нынче за троих отработала.
Как у меня получилось дотащиться до комнаты и не свалиться по дороге — загадка, даже если учесть помощь подруг. Да и откуда навалилась такая усталость? Наверное, количество травм и усталости за последние дни перешло некий невидимый предел… Будь Дэриэлл в нормальном состоянии, он поставил бы меня на ноги за час-другой, но ему самому нужна была помощь.
И, кажется, я могла ее оказать.
То, что свет уничтожает «пыльцу» с тонкого плана — не было новостью. Думаю, точно так же бы с этой напастью справилась бы любая другая стихия или даже физическое воздействие, вроде высокой температуры. Вопрос в том, как можно начать процесс «очищения», не навредив Дэйру. Ведь даже кровь равейны, находящейся в трансе, смертельно ядовита — что «темная», что «светлая» — солнечный яд.
Подумав, я решила пока не рассказывать целителю о произошедшем в лаборатории. Если понадобится, поделюсь идеями с Ксилем — он придумает, что делать. Пока же лучшей стратегией было ожидание, тем более что у Дэйра наметился прогресс. Вполне возможно, регены справятся с «пыльцой» гораздо быстрее и безопаснее для целителя, чем мои опыты с магией.
Впрочем, все эти теоретические вопросы вскоре отступили на задний план, а вперед вышли самые что ни есть насущные проблемы.
— О, боги, — схватился Дэриэлл за голову, увидев, как меня с двух сторон подпирают подруги. — Вы с Ксилем что, сговорились, по очереди заявляться в бессознательном состоянии?
— Нельзя заявиться в бессознательном состоянии, — вяло подала голос я. — В бессознательном состоянии человека несут… или волокут, это смотря какие отношения у посту… пострадавшего с сопрва… сопровождающими, — закончила я умную фразу, с трудом выговаривая сложные звукосочетания.
— Ах, это тело еще разговаривает? — елейным тоном поинтересовался Дэриэлл, и я съежилась. Нечасто целитель, образно выражаясь, метал молнии взглядом, но сегодня у бедняги точно терпение лопнуло. — Dess, такими темпами я поседею раньше, чем Ксиль!
— А разве шакаи-ар седеют? — наивно удивилась Феникс, хлопнув ресничками.
— Исключительно от счастья и полноты сил, — хохотнул Ксиль, появляясь из-за Дэриэллевой спины. И спал с лица: — Боги, малыш, ты что с собой сделала?
— Вот и мне это интересно, — пробормотала я и на всякий случай изобразила обморок. Выяснять отношения при девочках мне не хотелось, а пока все к этому и шло.
По странному стечению обстоятельств, свалившись на пол, я и вправду потеряла сознание. На то, чтобы привести меня в относительный порядок, потребовалось достаточно много времени, но, к счастью, не вся ночь, как это вышло вчера с Ксилем. К девяти вечера я была уже довольно бодрой, пригревшейся и, хотя и отруганной, но вполне довольной жизнью. Дэйр внимательно изучил мое состояние и обрадовал тем, что никакого сотрясения нет. «Сотрясать уже нечего», — пробормотал Ксиль и схлопотал от сердитого целителя подзатыльник.
Меня же после кружки молока с медом уложили спать. Поддавшись минутному капризу, я перебралась с подушки на Дэйровы колени, как в детстве. Целитель вздохнул, но не стал прогонять обратно под одеяло и настаивать на немедленном отбытии в страну снов. Наоборот, через несколько минут я ощутила, как неловкие пальцы осторожно обвели контур уха и зарылись в волосы на затылке. Шишка от удара о стекло побаливала, но прохладные пальцы словно вытягивали эту боль… Как если бы к Дэйру вернулся дар.
Но, к сожалению, чуда не было — только немного запоздавший эффект от лекарств.
