Жестокие духи полностью

Не той реакции она ожидала на свое первое настоящее признание в любви. Но она полагала, что в сравнении с тем, через что они прошли, слова не так много значат. Миён попыталась отогнать все еще терзавшее ее беспокойство. Она не из тех закомплексованных девиц, которые предполагают, что их парень болен, только потому, что он как-то не так отреагировал на признание.

Поэтому она позволила Джихуну вывести ее из леса. Однако, когда они уходили, она услышала позади себя голос Йены:

Будь осторожна, дочь моя.

– Что-то я не уверен, – осторожно сказал Чуну.

– Ты сказал, что отвезешь меня куда угодно, – напомнила Сомин, таща Чуну через вестибюль. Его ботинки скрипели по блестящему полу. Наконец, вздохнув, он позволил ей отвести его к входу в крытый парк развлечений.

– Я уже слышу визг этих тварей.

– Ты имеешь в виду счастливый детский смех? – Сомин закатила глаза. – Не знала, что ты боишься детей.

– Я не боюсь, – возразил Чуну. – Просто держусь на безопасном расстоянии. У них липкие руки и острые зубы. Они похожи на троллей.

– А тролли существуют? – Сомин широко раскрыла глаза от любопытства.

Чуну рассмеялся. Закинув руку ей на плечо, он сказал:

– Быстрее начнем – быстрее закончим.

С радостным возгласом она бросилась вперед, чтобы отдать билет юноше у входа. Чуну медленно последовал за ней. Когда они поднимались на эскалаторе, Сомин вспомнила, как в детстве разглядывала фотографии этого места, и почувствовала, как порхают бабочки в животе. Когда-то отец обещал отвезти ее сюда. Но он так и не смог сдержать обещание.

Сомин чувствовала себя как героиня фильма, которая в замедленной съемке поднимается на эскалаторе и постепенно перед ней предстает парк. Взбирающиеся на горки вагонетки, огни, цвета. Она увидела под потолком знаменитые воздушные шары, с которых можно было оглядеть парк с высоты птичьего полета. Она видела вьющиеся сквозь парк рельсы, которые вели за пределы павильона, как тропа к новым приключениям. На входе Сомин закрыла глаза, втянула воздух – и почувствовала запах жареных и сладких закусок.

«Я сделала это. С днем рождения, пап».

И на секунду ей показалось, что она увидела в толпе мужчину, протягивающего ей руку, как будто он ждал ее.

– Почему ты захотела прийти именно сюда? Как ты выносишь эту толпу? – заскулил Чуну.

При звуке его голоса Сомин подскочила. Она не сводила глаз с мужчины и не слышала, как сзади к ней подкрался Чуну. Когда она попыталась найти его снова, мужчина уже исчез, как будто его и не было.

Но она увидела, что в толпе движутся другие фигуры. Их было немного, и, казалось, их никто не замечает или, возможно, не понимает, что эти фигуры летали, а не ходили. Призраки. Сомин зажмурилась; она не хотела иметь дело со сверхъестественным. Не сегодня. Но, когда она снова открыла глаза, призраки никуда не делись, а посетители парка по-прежнему почти ничего не замечали.

– Они действительно не могут их видеть, – выдохнула Сомин.

– Во всяком случае, большинство из них.

Чуну указал на маленького мальчика, который с открытым ртом уставился на пожилого призрака рядом с ним. Мальчик казался в равной степени восхищенным и испуганным, как будто он думал, что это часть декораций парка.

– Они не могут тебе навредить. – Чуну взял Сомин за руку и сжал ее ладонь, и это помогло ей успокоиться. – Если их игнорировать.

– Может, это была плохая идея. Может, слишком эгоистично развлекаться, пока мир переворачивается с ног на голову.

Чуну вздохнул:

– Нет, я обещал, что отвезу тебя сюда. Я держу свои обещания. Даже если это влечет за собой день пыток.

От его угрюмого тона Сомин рассмеялась. Чуну говорил так, словно его заставляли на каторге трудиться, а не гулять целый день по парку развлечений.

Сомин задрала голову, чтобы взглянуть на стеклянный купол. Сквозь него можно было увидеть небо и солнце, и при этом он защищал посетителей от непогоды. Она решила забыть все свои тревоги на сегодняшний день – нет, всего на полдня – и повеселиться. А потом можно будет вернуться в реальный мир к проблемам, которые мучили ее друзей.

– Хорошо, но больше никаких жалоб. И я не стану упрекать тебя за то, что ты купил два подростковых билета.

– А что не так? – удивился Чуну.

Сомин бросила на Чуну многозначительный взгляд.

– Ты уже не совсем юноша, Чуну. Перестал им быть сотни лет тому назад.

– Ну, кассирше все равно. – Чуну пожал плечами. – И, кажется, я ей понравился. Она прям хотела сделать мне скидку.

– Сначала ты всем нравишься. Потому что люди от природы поверхностны. – Сомин игриво схватила его за подбородок.

– Всем, кроме тебя, любовь моя. – Чуну не менее игриво сморщил нос.

Сомин замерла. Она знала, что эти слова были сказаны в шутку. Что они ничего не значили. Но они все равно заставили ее сердце трепетать.

– Пошли, я хочу на пиратский корабль. – Сомин схватила Чуну за руку, пытаясь не обращать внимания на свой сбившийся пульс.

– Я не езжу на быстрых аттракционах.